— Чего?
— Оглянись вокруг! Кого ты видишь?
— Э-э-э… крестоносцев?
— Да, но это не главное!
— М-м-м… рыцарей?
— Это тоже не главное!
— А что же главное?
— Ты видишь смертников!!!
— Как это? — совсем запутался я.
— Объясню… Знаешь ли ты, что такое правило майората?
— Э-э-э…
— Это правило, введённое ещё Карлом Великим, в восьмом веке от Рождества Христова, и это правило гласит, что наследником имущества может быть только один человек. Старший сын. Остальные дети остаются без наследства.
— А как же они…
— А по-разному! — перебил меня брат Томас, — Девочек, чаще всего, удаётся пристроить. Выдать замуж. Именно поэтому, обручение происходит в самом раннем возрасте, а иногда ещё до рождения ребёнка. Когда отец девочки ещё жив. Чтобы наследник не мог уклониться от обещания, данного родителем. И наследник вынужден дать за своей сестрой обговорённое приданное, хотя порой у него зубы скрежещут от жадности. А вот с мальчиками… Тут всё гораздо сложнее.
Если ты сын короля, графа или что-то подобное, то можешь быть спокоен: тебе не дадут пропасть. В самом крайнем случае, тебе выделят для кормления какую-то часть наследных земель. То есть, ты не владелец, но ты с этой земли кормишься. А там, гляди, какая-никакая война, где собственный кусочек поместий захватишь или женишься удачно, где приданным тоже будут земли… Не пропадёшь! И дети твои не пропадут. И внуки.
Совсем другое дело, если ты сын простого рыцаря. Учти: землю пахать или скот пасти тебе не позволят! Это урон для чести твоей семьи, твоего рода! Свой же род ополчится против тебя и не успокоится до тех пор, пока не истребит тебя и потомство твоё, поскольку ты сумасшедший! Только сумасшедший рыцарь пойдёт коровам хвосты крутить.
А значит, твой удел определён. Меч в руки — и воевать! Хочешь, иди в наёмники. Хочешь, записывайся в один из рыцарских орденов. Но есть нюансы.
Наёмник получает деньги. То есть, теоретически, наёмник может дослужиться до большого командира, поучаствовать в нескольких удачных походах и заработать достаточно, чтобы купить себе собственное имение, собственный замок. И тогда всё хорошо. Его дети будут наследовать этот замок, будут рыцарями и сеньорами. Только шансов на такой удачный исход, дай Бог, один из тысячи. А то и меньше. А это значит, что остальные девятьсот девяносто девять рыцарей ничего скопить не сумеют. И их дети будут бастардами! Без прав, без шансов на будущее. И всю жизнь будут мучиться мыслью: «Эх, папашка! Зачем ты меня породил? Я мог бы быть наследником баронства, виконтства, или хотя бы замка, а вместо этого прозябаю в нищете и забвении…».
Рыцарь Ордена денег не получает. Все рыцарские ордена объявили себя нищенствующими. Богатеет не рыцарь Ордена, а сам Орден. Но зато и нищих наследников-бастардов такой рыцарь после себя не оставляет. Просто обрубается одна из ниточек славного рода. А сам род процветает.
Но и рыцарь ордена и наёмник, у них одна цель в жизни: прославить свой род. Умри, но род свой прославь! Иначе не будет тебе царствия Божия. Дерись, сражайся, ищи войну, лей реки крови, чтобы о тебе сказали: «Это настоящий герой! Недаром он из знаменитого рода такого-то!». И тогда ты попадёшь на небеса. И сам Святой Пётр, покровитель рыцарства, отомкнёт перед тобой ворота рая. Если же ты каким-то поступком посрамишь свой род, если станешь разбойником, клятвопреступником или струсишь на поле боя, нет тебе оправдания! И после смерти нет оправдания. И во веки веков нет оправдания.
Поэтому нет для рыцаря лучшей доли, чем умереть, прославившись на поле боя. Знаешь, как умер Иоанн Люксембургский, король Богемии и титулярный король Польши? Он ослеп в одном из военных походов, кстати, против литовцев. Потом, уже слепой, он предпринял ещё один поход против них же! А погиб он в битве при Креси. Вместе с сыном он приехал на битву. Сын отправился на сражение чуть раньше, а Иоанн Слепой приказал рассказывать ему о том, что происходило перед глазами его приближённых. А потом, когда накал битвы стал совсем ужасен, приказал привязать его к седлу, взял в руки верный меч, и поскакал в составе французских войск на англичан! Слепой! Видели, как он сокрушил своим мечом по крайней мере троих, а потом рыцарь пропал из виду. Только на следующее утро король был найден мёртвым на земле, возле своего мёртвого коня… Вот пример для настоящего рыцаря! Вот он, идеал! Я уверен, что теперь он наблюдает с небес за нами, ибо душа его была душой рыцаря! А душе не нужны глаза из плоти, чтобы наблюдать…
— Подожди! — я попытался ухватиться за мысль, как за соломинку, — Ты говоришь, что всё достаётся только первому сыну потому, что маленькое поместье не прокормит всех? А если я… хм!.. ну, скажем, вымолю у Бога, чтобы урожаи были по три-четыре за год? Если даже маленькое поле сможет прокормить целую ораву? Что тогда?