— Та-а-ак… — растерянно протянул я, — А кости раздроблены, или просто сломаны?
— С-сломаны, — любезно ответил доктор, — Я ему их соединил, в-вправил, и плотно забинтовал. Теперь пусть с-срастаются! Вот только пациент уж больно… ш-шустрый! На месте не сидит. Начнёт завтра с утра руками размахивать, кости срастутся не так, а я буду опять в-виноват!
— Позвольте?.. — я протянул руку с перстнем и коснулся плеча брата Гюнтера.
И доктор, и сам брат Гюнтер, удивлённо уставились на меня. А я почувствовал, как слегка потеплела моя ладонь. Сама по себе. Нет, магии не было, это опять же свойство перстня, но ладонь почувствовала, как перстень начал свою работу. Минута… две… три…
— И это должно помочь? — не выдержал брат Гюнтер, — Хотя, должен сказать, я чувствую себя лучше!
— Ну-ка, ну-ка! — встрепенулся доктор, — Дай-ка я тебя проп-паль-пи… тьфу! Дай я тебя прощупаю!
Чуткие пальцы доктора пробежались по плечу брата Гюнтера. Потом ещё раз. И ещё.
— Чудо! — сказал он вдруг совершенно трезвым голосом, — Второй раз я вижу настоящее чудо и второй раз его являет Андреас!
Брат Гюнтер ничего не сказал. Но очень внимательно посмотрел на меня.
— За это надо выпить! — быстро заметил я, — Тем более, брат Гюнтер потерял столько крови! Её же надо возместить! А про исцеление… умоляю, не говорите никому! Так надо!
— Опять «так надо»? — проворчал Гюнтер, — Хм… Ну… ладно! Я уже говорил, что верю тебе? Сам не пойму почему, но… верю!
— Спасибо! — искренне ответил я, — Не подведу!
— Тогда иди уже, — потянулся к кувшину доктор Штюке, — У тебя потери крови нету? А значит, и вина тебе не положено! Не хватало, фон Плауэн унюхает! Во время боевых действий оруженосец бражничает! Не пощадит. Да и вижу, торопишься ты куда-то…
— Тороплюсь, — согласился я, — По делам. А вам… здоровья! Я помолюсь за вас!
— Иди-иди, — повторил доктор, — А то, не дай Бог, на нас глядя, ещё слюной захлебнёшься! Хе-хе!
— Благодарю за ключицу, — услышал я в спину запоздалое от брата Гюнтера.
На дворе уже сгустились сумраки и уверенно моросило. Скоро должен разыграться настоящий ливень. Поэтому, я искренне удивился, увидев сестру Катерину. Разве она не должна сейчас быть в своей келье?
— Андреас! — ну, вот! Глазастая девушка тоже заметила меня, — Андреас, подожди!
— Подождём… под дождём! — попытался я скаламбурить.
— Я слышала, ты сегодня ругался на стене нехорошими словами! — осуждающе посмотрела на меня Катерина, не обратив внимания на шутку, — И даже, из-за твоих мерзких слов произошёл поединок, в котором пострадал крестоносный рыцарь, брат Гюнтер? Как ты мог?!
— Так было надо… — промямлил я. Кажется, я недавно говорил то же самое?..
— КАК было надо? — не отставала девушка.
— Вот так! Как я сделал!
— А как ты сделал? Чего ты добивался?
Н-да… Это не брат Гюнтер! Девушка просто так не отстанет… С другой стороны, она и так знает слишком много… Эх, так и быть!
— Я сегодня буду колдовать! — заговорщицки прошептал я.
— Правда? — любопытно блеснули глаза Катерины, — А что ты будешь наколдовывать?
— Сегодня на стене я дважды или трижды повторил одну легенду: якобы брёл здесь неподалёку старец с горы Афон, и сказал, дескать, кто виновен, тот кровью умоется! А чтобы фраза мимо ушей не прошла, пришлось добавить несколько крепких слов. Теперь я уверен, что в палатках наших противников только и разговоров, что о странных словах святого старца и о том, что польское войско сегодня кровью умылось. Но это ерунда! Подумаешь, пострадало человек сорок-пятьдесят! Что это значит, среди пятнадцатитысячного войска? Я хочу, чтобы сегодня ВСЁ вражеское войско кровью умылось! Вот тогда они насмерть перепугаются! Тогда моя простенькая легенда станет в их головах ужасной явью! Они будут своей собственной тени бояться! И, надеюсь, в таких условиях, о продолжении осады не может быть и речи. Я думаю, поляки снимут осаду!
— Как интересно!!! А как ты сделаешь, чтобы они «кровью умылись»?
— Не догадываешься? — я поднял голову к небу.
— Ты… Ты перекрасишь дождик в цвет крови!!! — задохнулась от восторга девушка.
— Да!!! Я так подгадал, чтобы мои слова прозвучали прямо перед дождём! Чтобы этой же ночью легенда нашла своё подтверждение! Сегодня на вражеское войско прольются реки крови! Пусть не настоящей, разве это имеет значение? Лишь бы красной!
— Подожди! Но и на крестоносцев прольются кровавые реки?
— Нет. Я обратил внимание, что ветер с запада. Значит, когда у нас дождь уже утихнет, на поляков он ещё будет лить. Вот тогда я и начну колдовать!