Кое-как юноша выбрался из ловушки и развязал тугие узлы на ногах. Благо, луна светила так ярко, что каждая песчинка была видна. Развязал верёвки и, пошатываясь, заковылял по следам ушедшего каравана. А что ещё оставалось?
Трудно сказать, сколько он брёл, то проваливаясь в беспамятство, то приходя в себя. Трудно сказать, как ему удавалось держать направление. А может, и не удавалось? Может брёл запутанными, таинственными зигзагами?
Очнулся он от шума рынка. Он стоял в центре города, на рынке, и тупо смотрел, как расхваливают свой товар самые первые продавцы. Было раннее-раннее утро. Андреас сел прямо на землю, привалился спиной к чинаре и закрыл глаза. Сил не осталось даже на то, чтобы обрадоваться.
Только дней через пять бедняга более-менее пришёл в себя. За это время снял просторную комнату, пригласил знаменитого врача, обедал в дорогой корчме, оделся, как подобает, побрил бороду… зря! Потому что стал похож на самого себя. И однажды, на пятый день, выходя из корчмы, случайно заметил, как торопливо расплатился и выскользнул вслед за ним ещё один посетитель. Сперва парень не придал значения. Мало ли кто куда спешит? Но, прогуливаясь по улице, пару раз незаметно оглянулся. И убедился, что тот, из корчмы, неизменно следует за ним, не выпуская из виду. Тогда Андреас свернул к причалам и заказал прогулочную лодку с гребцами. И увидел, как мечется по набережной преследователь, выискивая себе такую же лодку.
Вместо прогулки парень приказал отплыть подальше и пристать к берегу. И что есть духу помчался на снятую квартиру. Крадучись, беспрестанно оглядываясь, пробирался он по улице, и замер оглушённый. Возле его нового дома его уже ждали. Небольшой отряд стражи, и тот самый, из корчмы. Андреас изловчился и подкрался чуть ближе. Теперь он узнал преследователя! Один из тех здоровяков, которые ходили группами по рынку, разыскивая несчастного, чтобы его хорошенько поколотить. Желательно, с серьёзными травмами, но не до смерти. Чтобы мучился подольше.
Это значит, что? Это значит, что про его бегство давно стало известно фараону. И он послал погоню. Скорее всего, по великой реке Хапи. И преследователи проплыли до самого моря и… не нашли беглеца. И тогда они… ну точно! Тогда они разделились и пошли вдоль побережья. Кто направо, кто налево. Во всех приморских городах расспрашивая, не появлялся ли недавно кто вот с такими-то приметами? Точно не появлялся? Смотри: упустишь — фараон с тебя шкуру снимет! В прямом смысле слова. Ну, вот, значит, и до самого Неаполиса добрались…
Андреас пощупал свой пояс, в котором осталось ещё двести девяносто золотых кружочков, и потихоньку пополз назад, подальше от опасного места.
— Выследили! Спасаться! Бежать! — билось в голове заполошно. А потом пришла в голову простая идея. Он же и так собирался из этого Неаполиса уплыть? Ну, так вперёд! Только теперь в порт соваться нельзя. Но, кто сказал, что сесть на корабль можно только в порту?
На побережье парень вновь нанял обычную прогулочную лодку и приказал гребцам править в море, пока дома на побережье не превратились в точки. Раскинули парус и принялись кататься взад-вперёд. Только развлечения, ничего подозрительного! На самом деле Андреас зорко всматривался в морскую гладь.
Повезло! Нет, в самом деле, не прошло и четырёх часов, как повезло! На горизонте показался парус, который бойко бежал по морской глади. Явно мимо порта. То, что надо!
Потому что это что значит? Это значит, что у корабля свои дела, не связанные с портом. Так-то оно так, только какие такие дела помимо портовых, могут быть у корабля?
Ну-у… это может быть частный корабль богатого человека, на котором тот катается в своё удовольствие. И сейчас он бежит в небольшую гавань, устроенную прямо в поместье. Допустим… Но можно смело ставить один к двадцати, что скорее этот кораблик торопится совсем не с радужными целями. А скорее всего это либо пиратский корабль, либо перевозит контрабанду. Либо и то и другое вместе. Потому и не спешит в гостеприимный порт. А совсем даже наоборот, старается так мимо прокрасться, чтобы его с берега не видно было.
— К кораблю! — скомандовал гребцам Андреас, — Если догоним — по золотой монете на каждого!
И гребцы так налегли на вёсла, что те выгнулись дугой. Как только не сломали?
Кораблик поначалу дёрнулся в сторону и начал набирать ход, тая в морской дымке, но довольно скоро на корабле рассмотрели, что преследователь — обычная шлюпка, и угрозы представлять не может. И паруса приспустили, давая шанс догоняющим. Понятно, что гребцы на шлюпке этот шанс уже не упустили. Через пару часов Андреас, честно расплатившись с гребцами, уже карабкался по верёвочной лестнице.