Кораблик оказался небольшой либурной[2], с характерными обводами, что в очередной раз дало парню право предположить пиратство и контрабанду. Но отступать было попросту некуда. Андреас твёрдо решил, что лучше сдохнет на палубе корабля, чем позволит себе отступить и попасться в лапы фараона. Поэтому лез на борт, в самой что ни на есть, твёрдой решимости. А когда залез, обнаружил перед собой отвратительные разбойничьи рожи.
— Почтенные, куда путь держите? — любезно поинтересовался он.
— Тебе что за нужда? — грубо спросил его один из моряков, коротенький, широкоплечий, почти без шеи, в широкополой шляпе.
— Думаю, нельзя ли купить место? — ещё шире расплылся парень.
— Нельзя! — отрезал всё тот же, коротенький.
— Сто золотых! — ляпнул Андреас и тут же понял, что ошибся. Ну, сказал бы «двадцать», ну, «двадцать пять». И пошла бы торговля. Хоть пираты, хоть контрабандисты, за такие денежки обязательно уцепились бы. Они, денежки, просто так на дереве не растут. Но сразу «сто»?! Он провалил себя с головой. Ушлые пройдохи сразу поняли, что парень на крючке. И можно доить, пока не выдоят всё.
— Только расчёт на месте! — быстро добавил юноша, — Денег при себе почти нет! Зато меня встретят и сразу нужную сумму отсыплют!
Ну, это, чтобы, по крайней мере, внести сомнения. Чтобы не сразу грабить кинулись. Иначе оберут до нитки и выкинут в море. А так — кто его знает? Может, вправду на том берегу друг будет встречать? С деньгами…
— Так, куда путь держите? — повторил парень.
— На Сицилию, — задумчиво прищурившись, процедил широкоплечий.
— Пойдёт! — с облегчением выдохнул Андреас.
— Ну, пойдёт, так пойдёт! — внезапно улыбнулся коротенький, — Так и быть! Возьмём тебя… за двести!
— Ребята! — побледнел Андреас, — Это же… грабёж!
— Как скажешь, как скажешь, — ещё шире растянул губы коротышка, — Если тебе не надо…
— Надо!
— Тогда двести.
— Согласен, — сквозь зубы выдохнул Андреас.
Двое суток длилось путешествие. И, надо сказать, пираты там были или не пираты, но они оказались бесстрашными ребятами. Известно, что нормальные мореходы идут ввиду берега, а на ночь не просто пристают к берегу, они вытаскивают на сушу свои корабли. И вновь спускают их на воду с рассветом[3]. Здесь же моряки плыли и день и ночь, не останавливаясь, определяя маршрут по звёздам. Это Андреас лично наблюдал. Заснуть он себе не позволил. Стоял у носа и наблюдал фантастическую картину, как корабль плыл среди звёзд. Звёзды сверху, звёзды сбоку, звёзды снизу. Не угадаешь, какие настоящие, а какие только отражение. И, поскрипывая такелажем, плавно несётся в черноте корабль: от звезды к звезде, от звезды к звезде… Сказка!
— Земля! — заорал один из матросов поутру, рассмотрев впереди зеленеющий холм, поднимающийся из моря, — Земля!!!
— Доплыли! — у Андреаса подломились колени.
— Доплыли, — подтвердил невесть откуда взявшийся коротышка, — Тебе на западную сторону или на восточную?
— Что? — не понял парень.
— Спрашиваю, тебе в какой город? — нетерпеливо повторил коротыш, — В Накос, Сиракузы или Катанию?
— Всё равно! — счастливо улыбнулся Андреас.
— Как, «всё равно»? Тебя разве не будут встречать?.. С деньгами?.. А ну-ка ребята, похоже у него деньги всё время при себе были! Давайте-ка его пощупаем!
В очередной раз Андреас был готов прикусить собственный язык. В очередной раз слишком поздно. Раньше надо было думать, раньше!
Десятки рук протянулись к бедолаге, сбили с ног и содрали всю одежду. И каждую складочку тщательно перещупали.
— Вот они, денежки! — радостно засмеялся коротышка, жадно вытряхивая из пояса себе на ладонь золотые кружочки.
— А с этим что делать? — спросил один из матросов.
Коротыш прищурился.
— Не будем гневить морских богов! — решился он, наконец, — Если захотят его взять, то сами возьмут, захотят отпустить — отпустят. Поэтому… привяжите его, ребята к бочке! Да, вот к этой. И бросьте в море. Выплывет, или не выплывет, мы своё обещание сдержали: земля — вот она, рядом совсем.
И, как Андреас ни вопил, что он не умеет плавать, через секунду он уже барахтался в волнах, отчаянно молотя по воде руками и захлёбываясь пенными, солёными брызгами.