А значит, что? А значит, не может этот язычник быть ангелом! Никаким образом не может. А значит, считать его ангелом — это святотатство!
И, если хорошенько пораскинуть мозгами, это вполне можно использовать! Вынести судебное решение, что этот язычник — демонское отродье, и прилюдно его казнить! Страшно! Чтобы мороз по коже! И объяснить братьям, что вот, мол, в чём причина нашего поражения при Грюнвальде! Вот оно, дьявольское наваждение! Вот она, причина слухов и сплетней! А теперь сожжём его, братья! И Господь снова повернёт к нам лице своё… Глядишь, у братьев-крестоносцев боевой дух поднимется так, что вострепещут враги Ордена!
Там, правда, за него брат Гюнтер хлопотал. Весьма достойный и уважаемый рыцарь. Хм!.. Это не есть «гуд», это есть «шлехт»… Ещё начнёт после казни этого псевдоангела бузить и возмущать окружающих против него, против Генриха фон Плауэна. Так, глядишь, и не утвердят его на посту Великого магистра… О! Да ведь Гюнтер руки, помниться, лишился! Прекрасно, прекрасно! Это значит, что можно его под этим предлогом их рядов Ордена того… попросить очистить. Нет, Орден будет и пенсион выплачивать и молитвы возносить за здравие, но… если только фон Рамсдорф будет жить подале от Мариенбурга, подале. Понятно, что просто так не выйдет. Гюнтер такой человек, что просто так не уйдёт, будет ершиться. И пусть! Дать ему задание посложнее! Где две руки нужны. А не выполнит — с елейной улыбочкой, с тяжёлыми вздохами, и припечатать: мол, не способен ты, Гюнтер фон Рамсдорф, больше пользу Ордену оказывать! Но заслуги твои велики, а значит… И объяснить про шикарный пенсион, если уйдёт. Уступит дорогу молодым, так сказать. А после того, как уйдёт Гюнтер, про псевдоангела никто и не вспомнит добрым словом.
Да, превосходное решение! А значит… а значит, нечего откладывать суд в долгий ящик! Если завтра поляки пойдут на приступ, какой тогда ещё суд? Не до суда тогда будет. А послезавтра ещё что-то возникнет. И потом… Нет, решено! Суд будет сегодня вечером! Надо только отдать нужные распоряжения.
И Генрих фон Плауэн порывисто повернул назад, чуть не сбив с ног одного из рыцарей своей свиты.
— С пленниками поступить как обычно? — выдавил из себя отшатнувшийся крестоносец.
— Да-да, — рассеянно ответил фон Плауэн, всё ещё занятый своими мыслями, — Оружие в оружейную, коней в конюшню, самих мерзавцев — в подвал, на цепи. На хлеб и воду! Горбушка хлеба и кружка воды в день! Нет! Половина горбушки и половина кружки! Не кормить же их разносолами, когда замок в осаде? И не выпускать ни за какие деньги! Если польский король такой дурак, что разбрасывается своими рыцарями, то мы должны этим воспользоваться. О выкупе после договоримся. После. Когда угроза взятия замка минует.
[1] …Завиша Сулимчик… то есть представитель польского дворянского рода Сулима. Род Сулима попал в Польшу в 935 году из Германии, от графов Солимских, имеет свой геральдический герб, который всегда был изображён у Завиши на щите (Поэтому, кроме прозвища «Чарный (Чёрный)», которое Завиша получил по цвету своих доспехов, второе прозвище Завиши — «Сулимчик»). К роду Сулимов относят себя ещё 279 польских родов, включая весьма известные, например, Дзерженские, Кржижановские, Станиславские, Стравинские…
[2] Кулеврина — небольшое огнестрельное орудие. Любопытно, что развитие кулеврин пошло по двум, противоположным путям. Ещё более уменьшая кулеврины, получили ручное огнестрельное оружие, аркебузы; увеличивая размер кулеврин, получили полноценные пушки и гаубицы. Но это будет ещё чуть позже…
[3] …ядер вытесано… Любознательному читателю: в описываемый период редко стреляли металлическими ядрами (хотя, конечно, и это применялось), в основном ядра были каменными, которым каменотёсы придавали круглую форму и подгоняли под размер ствола. Поскольку производство орудий ещё было кустарным, а не промышленным, то каждый ствол чуточку отличался от других, потому и ядра вытёсывались под конкретный, индивидуальный ствол. В другой ствол похожего орудия данное ядро могло и не пролезть, или наоборот, слишком болтаться в стволе.
[4] …и король повалил монаха… Любознательному читателю: авторы честно признаются, что «видение клобуцкого ксендза» подсмотрели в романе Г. Сенкевича «Крестоносцы». С другой стороны, а вдруг и правда видел ксендз такое знамение? В те далёкие времена всяких примет и знамений было необычайнно много.
Глава 12. Суд
— Что ты сделал с фактом?