— Про камень! — напомнил я.
— Ах, да! Ну, после были многих покушений, которых Цезарь весьма счастливо избежал, Цезарь установил свою единоличную власть, стал богом…
— Стал богом?! — не смог сдержаться я, — Как?!
— Хе! — усмехнулся Якуб, — Вы помните, с чего мы начали? Помните про Энея? Так этот Эней, по слухам, был сыном богини Венеры. А вы помните, что именно потомки троянцев и Энея стали патрициями? А вы помните, что Цезарь из патрицианского рода Юлиев? Так вот, Цезарь… или его восторженные почитатели… или некие купленные литераторы… вроде знаменитого Цицерона… ну, как бы то ни было, а было доказано, что Юлий Цезарь является прямым потомком богини Венеры! А значит, тоже является, в какой-то мере, богом! Во всяком случае, статуи Цезаря ставили вместе со статуями богов в храмах, позволялось клясться именем Цезаря, наряду с клятвой именем других богов, и через два года после его смерти, началось возведение храма под названием: Храм божественного Юлия. Да и законодательно было установлено считать его богом. Опять же, после смерти.
— После смерти… — ухватился я, — А как он умер? И что случилось с рубином?
— Вы просто режете меня на куски! — возмутился Якуб, — Я бы рассказал вам о великих победах Цезаря, о том, как он стал пятым триумфатором! Об интригах и покушениях! Но так и быть, я пропущу эти любопытные истории, хотя вы рвёте моё сердце на куски!
— Точнее, вам придётся меньше рассказывать, и меньше за это получите золота? — сухо уточнил я, — Не переживайте, почтенный Якуб! Если я услышу то, что меня в самом деле интересует, я буду очень щедр!
— Тогда я продолжу! Не подлить ли вина? М-м-м! Прекрасное вино! Нет? Ну, ладно! Я продолжаю.
Итак, у Гая Юлия Цезаря был перстень с крупным рубином, подаренным египетской царицей Клеопатрой, который Цезарь считал своим талисманом. В сорок четвёртом году до рождества Христова царица Клеопатра приехала в Рим со своим сыном, прозванным александрийцами Цезарионом… Похоже, она надеялась, что Цезарь признает её сына своим законным наследником. Но…
— Но?
— Именно так! Но! Но в скором времени Цезаря убили!
— А что с рубином?!
— На момент убийства рубина на Цезаре не было!
— Как?!!
— Вот так! Не было на Цезаре перстня с рубином! И Цезарь не признал Цезариона сыном! В завещании он передал свою власть не Клеопатре, не своему… хм! в общем, не Цезариону, а внучатому племяннику Октавиану! И, представьте себе такой фокус: уже у Октавиана обнаружился знаменитый перстень! Похоже, Цезарь подарил перстень парню, незадолго до своей гибели.
— При рождении он был Гай Октавий Фурин, а после завещания Цезаря — Гай Юлий Октавиан Август, — прокомментировала Катерина.
— И тоже выдающаяся личность? — уныло уточнил я.
— Ещё как! — с азартом подтвердила Катерина, — Первый официальный император Римской империи! В его честь тоже месяц в календаре переименовали! Из месяца секстелия сделали август! Мало того! В июле был тридцать один день, а в августе только тридцать… Так вот, чтобы месяцы сравнялись, на один день уменьшили февраль! А в августе стал тридцать один день! Такая забавная история…
— Я, наверное, сойду с ума! — признался я, — Я хочу про рубин, а мне рассказывают историю!
— Всё взаимосвязано! — философски изрёк Якуб, — Знаменитый рубин обнаружился именно у Октавиана Августа! И тот тоже, представьте, прославился. И как полководец, и как политик, и как понтифик… Всё, как у Цезаря! Даже обожествление было. Хотя, Октавиан, говорят, этому противился. Но римский сенат, после смерти Октавиана, признал его тоже богом! Как Цезаря! Только Цезаря через два года после смерти, когда закладывали храм божественного Юлия, а Октавиана уже через месяц.
— И тоже был убит? — попытался угадать я.
— Нет, он умер естественной смертью, в возрасте семидесяти шести лет, — опять встряла Катерина, — и даже успел перешагнуть в новую эру: эру, которая началась от Рождества Христова! Правда, сам он об этом не знал, начало нового исчисления произошло гораздо позже. Тем более, что умер он в четырнадцатом году новой эры, когда Иисус ещё учился в синагогах, удивляя учителей мудростью и знаниями…
— А рубин?! У него на пальце был рубин?
— Был, — согласился Якуб, — Конечно, был! И по праву наследства достался усыновлённому им императору Тиберию.
— При рождении Тиберий Клавдий Нерон, а после усыновления Октавианом — Тиберий Юлий Цезарь Август, — не замедлила с комментарием Катерина.