«Он всегда так делает. Нарочно оттягивает время, чтобы заставить меня понервничать», — тоскливо проносится у меня в голове.
— Посмотри мне в глаза, — произносит он с тем ледяным спокойствием, от которого по телу пробегают мурашки. Не желая накалять ситуацию, я тут же делаю, что велено. «Я не сделала ничего такого, в чём меня могли бы обвинить», — мысленно повторяю я себе, стараясь успокоиться. Но это не сильно помогает, потому что я отлично знаю — ему будет всё равно на то, сделала я что-то или это только так показалось со стороны. Репутация нашей семьи превыше всего.
— Ничего не хочешь мне сказать? — спрашивает он, приподнимаясь из-за стола и подходя ко мне ближе.
— П-простите, — сбивчиво бормочу я, чувствуя, как в горле разом пересохло от волнения.
— Простите? И это всё? — вскидывает брови отец и саркастично добавляет — Хорошее же тебе дали воспитание в пансионе. Манера речи так и блещет!
Несмотря на отчаянный страх, из глубины моей души поднимается обида и гнев. Как он может так говорить? Как будто не он меня отправил в это треклятое место.
Но я сдерживаю себя и лишь тихо произношу, смотря на него исподлобья:
- Возможно, тогда не стоило отсылать меня из родного дома? Вы...
Не успеваю я договорить, как мои слова прерывает стук кулака по столу.
- Ты прекрасно знаешь, почему мы туда тебя отправили, - холодно произносит он. - Если бы не твоя неблагоразумность, ты осталась бы и дальше сидеть под крылом своей матери. Хотя... - он впивается взглядом мне в лицо. - Как показывают вчерашние события, ты и здесь умудряешься продолжать вести себя также.
Меня захлёстывает новая волна гнева, но отец неумолимо продолжает, не давая мне вставить ни слова: - Ты уже не ребёнок и должна понимать, что подобное поведение просто неприемлемо.
- Этого больше не повторится, - сглотнув, выдавливаю я из себя, мысленно молясь, чтобы отец уже поскорее закончил. Находиться здесь, под его внимательным, придирчивым взглядом, было просто невыносимо. Казалось, даже стены в этом кабинете давили, лишали возможности дышать полной грудью.
- Разумеется, не повторится. Потому что совсем скоро ты выйдешь замуж.
Глава 3. На краю пропасти
Следующие дни проходят как в тумане. Я послушно позволяю снимать с себя мерки для будущих платьев, рассеянно киваю в ответ на поучения матери, но мои мысли очень далеки от подготовки к предстоящему дебюту.
Тревога окутывает меня с ног до головы, забирая в свои липкие объятия. Я плохо сплю, почти не ем, а всё свободное время пытаюсь найти себе укромный уголок, чтобы хоть немного побыть в одиночестве. Но раз за разом меня находят и заставляют участвовать в очередном бессмысленном занятии: выборе шпилек, ткани для перчаток, повторении бальных манер...
Мне хочется закричать всем этим людям, чтобы они вышли вон. Но я лишь вежливо улыбаюсь и безропотно, словно со стороны, смотрю на то, как у меня шаг за шагом отнимают мою жизнь.
Я и сама не знаю, почему так болезненно воспринимаю происходящее. Как и все дворянки, я с самого детства имела представление о том, какая судьба меня ждёт. И несмотря на все свои романтические мечтания о том самом человеке, в глубине души прекрасно понимала, что это навсегда останется лишь мечтой. Но мне всегда казалось, что это будет ещё не скоро, когда-нибудь потом, не сейчас...
Время утекает сквозь пальцы, и чем ближе мой первый выход в свет, тем нервознее я становлюсь. Все вокруг воспринимают это как обычное волнение, убеждают меня, что всё пойдёт замечательно и я обязательно смогу всех очаровать. Мне приходится обкусать губы до крови, чтобы с горечью не рассмеяться им прямо в лицо. «Ну конечно», — с тоской думаю я. «Как будто я смогу кому-то понравиться среди толпы обаятельных красоток. Да и даже если поначалу им приглянётся моя внешность или положение семьи, то не пойдёт и минуты разговора, как они поймут, насколько я неинтересная, нелепая... Нет, рассчитывать на искренний интерес мне явно не приходится. Разве меня можно полюбить вот такую?»
Эти мысли окончательно добивают моё и без того истерзанное состояние. Во время очередной примерки я молча смотрю в зеркало, не узнавая саму себя. И без того не отличающаяся здоровым румянцем, сейчас я была похожа на покойницу : бескровное лицо, синяки под глазами, пустой, ничего не видящий взгляд...
Модистка вместе с моей матерью крутится вокруг меня, предлагая разные варианты ткани и украшений, но я остаюсь совершенно равнодушной к этой суете. Скорей бы всё это закончилось