Арлетт присоединилась к буре оваций. Когда опустился занавес, она повернулась к мадам де Бурд.
— Чудесный спектакль! Поразительное изящество, — Арлетт развернула программку, нашла имя художника и костюмера. — Мариано Мадрацо. Он к тому же автор световых эффектов. Имя, кажется, испанское?
— Да, он родился в Гренаде, в семье выдающегося художника. Это недалеко от того места, где мы с мужем отдыхали летом. В Испании ребенку дают не только имя отца, но и матери. В Бельгии и Италии его принято называть просто Мариано, или дон Мариано.
— Он женат? — Арлетт испытывала непреодолимое желание узнать об этом талантливом человеке как можно больше.
Мадам де Бурд прикрыла губы веером и еле слышно прошептала:
— Он живет с разведенной женщиной!
«Итак, Мариано не боится шокировать общество!» — подумала Арлетт с улыбкой.
Розоватые огни в зале вновь начали гаснуть. Арлетт решила утром за завтраком расспросить брата о человеке, потрясшем ее воображение своим искусством.
В фойе толпилась публика, ожидая свои экипажи. Неожиданно Арлетт услышала, что обращаются к ней:
— Добрый вечер, мадемуазель Фере. Вам понравился спектакль?
В голосе ясно слышался акцент, придающий ему глубину и своеобразие. И хотя Арлетт никогда не слышала этот голос раньше, она сразу же поняла, кому он принадлежит.
Она обернулась. Граф Дашков был совсем рядом.
— Да, — быстро ответила Арлетт. — Особенно работа художника.
— Ах, Мариано! — Дашков одобрительно кивнул. — Удивительный мастер. Лично я всегда восхищаюсь световыми эффектами, которые он создает на сцене.
— Поверите, я ничего не знала о нем до сегодняшнего вечера.
— С удовольствием вас просвещу. Надеюсь, вам было бы интересно узнать, почему его театральные лампы используются в передовых театрах всего мира?
Арлетт улыбнулась.
— Я плохо разбираюсь в технике. Мне интереснее его работа художника-декоратора и костюмера. Вы здесь потому, что над световыми эффектами работал Мариано?
— Нет, не только. К сожалению, я опоздал сегодня из-за друзей, они никак не могли вовремя собраться.
— И какую часть представления вы пропустили?
— Всего минут десять.
Сергей неожиданно взял девушку за руку. Кто-то прошел за спиной Арлетт, она невольно сделала шаг вперед и вдруг осознала, что они застыли, словно остров среди бурного моря толпы. Удивительно, но это не смутило девушку. Ни она, ни Сергей не сделали попытки отстраниться. Почти шепотом он сказал:
— Я видел вас во время спектакля. Если бы знал кого-нибудь из ваших спутников, зашел бы к вам в ложу.
— Мадам Алигьери была в ложе.
— Я не видел ее! — Сергей даже взмахнул рукой от разочарования — Если бы заметил, непременно зашел бы. Вместо этого мне пришлось ждать вас в фойе.
— Тем самым вы предоставили мне возможность поблагодарить вас за прекрасную орхидею.
— Жаль, что та попытка встретиться с вами потерпела фиаско. Кто был тот господин, помешавший нам?
— Мой брат, у которого я теперь живу. Если бы он знал, что я собираюсь на встречу с незнакомцем без матроны… — Арлетт не закончила фразу, выразительно закатив глаза.
Сергей рассмеялся:
— С точки зрения высшего общества мой поступок непростителен. Но я боялся потерять вас навсегда. Ваше имя я узнал у администратора.
— И настояли на приглашении на ужин? — улыбнулась Арлетт.
— Да. И очередное придет очень скоро. Я не люблю ждать.
— Вы слишком откровенны.
— А вы очень снисходительны. Поскольку обе мои попытки увидеться с вами потерпели неудачу, как вы отнесетесь к третьей? Я, безусловно, попрошу согласия вашего брата.
— Это облегчит дело.
— Тогда давайте…
Но тут мадам де Бурд вторглась между ними.
— Мадемуазель Фере! Мы уже испугались, что потеряли вас. Идите скорее! Все ждут. Экипаж, который должен отвезти нас на ужин, сейчас будет причиной дорожной пробки! О, как я ненавижу эти толпы!
Арлетт растерянно посмотрела на Сергея.
— Где вы живете? — спросил он.
Девушка быстро назвала адрес, но не поняла, расслышал ли он. Дашков усмехнулся и с иронией покачал головой: еще одно несвоевременное вмешательство. Затем Арлетт потеряла его из виду. Но девушка была уверена: Сергей вскоре найдет ее.
На следующий день за завтраком Арлетт упомянула имя Мариано. Клод не выказал особого интереса.
— Что касается способностей Мариано признаю, что театральные декорации и костюмы очень милы и оригинальны, — Клод раздраженно повел плечами. — Он также хорошо разбирается в лампах и освещении, поскольку занимается фотографией. Очевидно, что он мастер на все руки. Но люди такого типа редко добиваются большого успеха. Слишком разбрасываются.