Арлетт подумала, что Клод немного завидует Мариано.
— Не могу согласиться с тобой. Я видела его работу только один раз, но готова признать, что у него талант.
Клод снисходительно улыбнулся:
— Естественно, спектакль произвел на тебя впечатление. Все сейчас кажется для тебя новым, но пройдет время и ты поймешь, что нет ничего необычного в том, что на сцене взмахивают шалями и зажигают фантастический свет.
Больше они не возвращались к этой теме. Но Арлетт продолжала жить под впечатлением от искусства мастера, проникшего глубоко в ее душу. Она дала себе слово обязательно узнать: что же представляет собой этот загадочный Мариано?
Мадам Алигьери с промежутком в полчаса были доставлены два письма с гербовой печатью Дашковых. Первое — от князя Владимира, в нем содержалось приглашение на обед, планируемый через две недели, второе — от графа Дашкова. И это второе письмо очень взволновало мадам Алигьери. Нервно меряя шагами комнату, Жанетт несколько раз прочитала сопроводительную записку, в которой Сергей просил передать Арлетт прилагаемое тут же письмо и выражал свои извинения по поводу того, что обременяет мадам Алигьери просьбой, но вынужден это сделать, поскольку не знает адреса мадемуазель Фере.
В глубокой задумчивости Жанетт опустилась на стул. Как поступить? Записка была очень краткой, но, на взгляд Жанетт, весьма откровенно демонстрировала глубину эгоизма Сергея. Главное — Арлетт. Нужно исходить из интересов девушки. Жанетт уже предупредила ее об опасных красавцах-мужчинах, но не предполагала, что человек как раз подобного типа так быстро возникнет на ее пути.
Жанетт попыталась вспомнить все, что связано с Сергеем. Итак, орхидея… Нет, этот скромный презент вполне приемлем — Дашковы-мужчины знают толк в красивых женщинах и вполне могут позволить себе подобный жест. Но Арлетт была рада — может быть, даже чрезмерно взволнована. До этого — встреча в парке… Тон девушки, даже если она сама этого не заметила, был крайне заинтересованным, когда она расспрашивала о Дашковых. А как странно осветилось ее лицо, когда девушка упомянула о встрече с Сергеем в фойе театра! Вроде бы ничего особенного. Но Жанетт всегда помнила слова Виктора Гюго о том, что даже один взгляд способен превратить чье-либо сердце в пламенный цветок.
Ну почему на Арлетт обратил внимание именно Сергей, а не кто-нибудь другой? Жанетт вспомнила, что в одном из своих писем Полина сетовала на свойства Сергея Дашкова: слишком красив, слишком богат, слишком испорчен — так она отзывалась о племяннике мужа.
Жанетт медленно встала со стула, решение далось ей с большим трудом. Войдя в спальню, мадам Алигьери открыла коробку с драгоценностями, положила письмо на самое дно и вновь повернула ключ. Пусть ее мучает совесть, но благополучие и спокойствие Арлетт важнее. В юности сама Жанетт после нескольких невинных романтических влюбленностей стала жертвой красавца-соблазнителя, чтобы потом — с разбитым сердцем — выйти замуж за доброго, стеснительного и скучноватого Марко. Нет, она не отрицает — время лечит раны, но не заполняет пустоту в сердце.
ГЛАВА 9
Арлетт была очень довольна: ее вечерний туалет сшили вовремя, как раз к визиту в дом Дашковых. На розовом атласе более темные набивные розы, сзади складки, переходящие в небольшой шлейф, и соблазнительное декольте в пределах приличия.
Стоя перед зеркалом в своей спальне, Арлетт с удовлетворением отметила, что наряд подчеркнул все достоинства ее фигуры.
Служанка неторопливо застегивала крошечные крючки на спине платья. Арлетт только сейчас поняла, что значит платье, сшитое по индивидуальному заказу в модном ателье. Тонкая талия плотно обтянута атласом — нигде ни одной морщинки. Наверное, сейчас она могла бы стать моделью для скульптора или художника. Для Микеланджело? Мариано? Или… Сергея? При мысли о последнем глаза Арлетт вспыхнули радостью. Меньше чем через час она увидит его! В эти минуты Арлетт совсем не беспокоила мысль, как она может делить свои симпатии между двумя мужчинами. И почему, уже почти имея в руках одного поклонника и почти любовника, она совсем не прочь заманить в свои сети и другого? Она до сих пор не подозревала, что в ней, как и любой настоящей женщине, живет неистребимое стремление покорять мужские сердца, не всегда порой задумываясь о причине такого коллекционирования. Как путник, долгое время проведший в пустыне и добравшийся, наконец, до живительного источника, ненасытно пьет воду, так и Арлетт, долгое время томившаяся в станах монастыря и пытавшаяся заглушить голос плоти, теперь вырвалась из плена и готова была ловить все минуты наслаждения, которые дарила ей судьба.