Арлетт лежала в полном изнеможении. Она выскользнула из его объятий, тяжело дыша, и с любопытством взглянула на него. Она попробовала пальцем влагу на своем животе, но Сергей перехватил ее руку и вновь обнял девушку, зарывшись лицом в ее волосы.
— Не бойся, — пробормотал он, — в техническом отношении ты еще девственница.
Некоторое время радостные и измученные они лежали рядом. Сергей прижал губы к ее ладони, рукой лаская рассыпавшиеся по спине волосы. Через несколько мгновений его страсть разгорелась вновь, и Арлетт, в объятиях сильных рук, снова таяла от нежности любимого мужчины.
Арлетт пробыла в Париже почти неделю и каждый день они дарили друг другу ласки. Девушка пребывала в каком-то нереальном мире, центром которого был Сергей. Откинув со лба волосы, Арлетт подолгу наблюдала за работой Сергея, разглядывая его лицо, грудь и руки, вспоминая его напряженные мышцы, его экстаз в минуты близости, доставлявшей ей наслаждение. Порой Арлетт вспыхивала до корней волос, припомнив то, чему он учил ее.
Как только Сергей дотрагивался до нее, ей казалось, что она превращается в другого человека, лишенного всякого стыда и предрассудков. Самого Сергея теперь невозможно было остановить, пристыдить или смутить; он просто говорил, что у него кончилось терпение, он не может больше работать, и начинал целовать ее до тех пор, пока она не забывала все на свете.
За время, проведенное в парижской мастерской, Сергей просветил ее по вопросам, касавшимся женской физиологии. Он объяснил ей, что такое месячный цикл и что такое потеря девственности; предостерег от участия в различных извращениях, если какой-нибудь наглец предложит их ей, рассказав, что именно является в этом отношении естественным и общепринятым; прочитал ей целую лекцию о том, что такое беременность, каковы ее первые признаки и способы ее предотвращения. К концу недели Арлетт стала во всех этих вопросах столь же сведущей, сколь умудренная жизнью женщина.
ГЛАВА 18
Клод пришел домой пораньше, зная, что вернулась сестра. Арлетт в это время весело болтала по телефону. Увидев брата, она тут же попрощалась и бросилась в объятия Клода. Барон де Фере удивился сам себе: он не ожидал, что будет до такой степени рад видеть Арлетт.
— Хочу услышать все, — заявил Клод. — Твои письма рассказали о многом, но все равно я хочу задать немало вопросов.
На Клода явно произвело впечатление то обилие информации, которую Арлетт почерпнула в Ницце, но еще большее впечатление произвели эскизы и образцы изделий из жемчуга, которые девушка сама изготовила в Ницце и привезла в Брюссель. Рисунок украшений был необычным: перистые узоры, походящие на листья папоротника, выполненные серебряными нитями на небесно-голубом фоне, усыпанные жемчугом, как блестками росы, а также другие варианты: светло-розовый жемчуг на черном, бежевый на розовом. На некоторых образцах расцветали бледно-алые жемчужные лилии или хризантемы, были и совершенно фантастические модели.
— Месье Дегранже скоро напишет тебе, — Арлетт была очень рада, что брату понравились ее работы. — Он хочет использовать разработанные мною эскизы моделей колье и брошей. Через год мы можем разрешить ему пустить разработки в широкое производство, получив плату за авторские права.
Глаза Клода сощурились.
— Когда-то ювелиры обслуживали только тех, чьи головы украшали венценосные короны, предоставляя право леди из королевских семей выбирать украшения, которых больше ни у кого нет…
— Это уже в прошлом. Пришли другие времена. Сейчас нужно добиваться того, чтобы ювелирные украшения были доступны и другим классам. Поэтому стоит подумать о недорогих, но имеющих привлекательный вид изделиях, которые на первый взгляд очень походили бы на наши весьма дорогие. И очень важно, если ювелирные изделия будут иметь авторскую маркировку, это добавит престижа Дому Фере.
— Я подумаю, — Клода явно увлекла идея. — Но в одном я уверен: не хочу разворачивать широкое производство во Франции. Небольшие ювелирные мастерские под Лондоном — очень неплохое местечко. Там цены ниже, а качество — на высоте. Конкретные детали обсудим позже.
На этом их разговор закончился, и Арлетт ушла в свою комнату.
Клод поздравил себя с тем, как дальновидно поступил, подключив сестру к делу. Он даже на время забыл, что послужило основной причиной отъезда Арлетт в Ниццу. Ах да, Сергей Дашков! Лицо Клода помрачнело, когда он вспомнил, что Арлетт заезжала в Париж и провела там несколько дней. И что в Брюссель они с Сергеем приехали вместе.