Что бы, может статься, ни случилось в будущем, как бы ни повела себя в будущем вода, — мы знаем,что доныне в бесчисленных случаях это обстояло так.Этот факт вкраплен в фундамент нашей языковой игры.
559. Ты должен задуматься над тем, что языковая игра есть, так сказать, нечто непредсказуемое. Я имею в виду: она не обоснована. Она не разумна (или неразумна). Она пребывает — как наша жизнь.
560. И понятие знания сопряжено с понятием языковой игры.
561. “Я знаю” и “Ты можешь на это положиться”. Но не всегда можно заменить первое вторым.
562. Во всяком случае, важно представить себе язык, в котором нет нашегопонятия “знать”.
563. Говорят: "Я знаю,что ему больно”, — хотя и не могут убедительно обосновать это. Равноценно ли это утверждению “Я уверен, что ему...”? — Нет. “Я уверен” дает тебе субъективную уверенность. “Я знаю” означает, что я, который это знает, и тот, кто этого не знает, разделены разницей постижения. (Вероятно, основанной на различии в степени опыта.) Если “Я знаю” говорится в математике, оправданием этого служит доказательство.
Если в обоих этих случаях вместо “Я знаю” говорят: “Ты можешь на это положиться”,— то обоснование для каждого случая будет разным. И обоснование имеет конец.
564. Языковая игра: доставка строительных камней, доклад о количестве имеющихся камней. Иногда их количество определяется на глаз, иногда же устанавливается путем подсчета. Тут порой возникает вопрос: “Ты полагаешь, что камней столько-то?” — и ответ: “Я знаю это, я только что ихпересчитал”. Но “Я знаю” здесь можно бы и опустить. Однако если есть какие-то способы констатировать наверняка, скажем пересчитать, взвесить, измерить кладку и т. д., то утверждение “Я знаю” может заменить сообщение о том, какзнают.
565. Но здесь еще и речи нет о каком-то “знании” того, что этому название — “плита”, этому— “колонна” и т. д.
566. Разумеется, ребенок, который учится моей языковой игре (2) 9, не учится говорить: “Я знаю, что это называется плитой”. Конечно же, есть языковая игра, в которой ребенок употребляет такое предложение. Это предполагает, что, как только имя дано, ребенок может тотчас же употребить его. Как и я, если бы мне усвоил игру со строительными камнями, ему могут сказать, к примеру: “А вот этот камень называется...”,— и тем самым первоначальная игра расширяется.
567. И все же, разве мое знание о том, что меня зовут Л. В., и знание о кипении воды при 100°С — однотипны? Разумеется, сам этот вопрос, поставлен некорректно.
568. Если бы мое имя употреблялось лишь изредка, могло бы статься, что я и не знал бы его. Само собой разумеется, что я знаю свое имя лишь потому, что без конца употребляю его, как и всякий другой человек.
569. Внутреннее переживание не может указать мне, что я нечто
знаю.Поэтому, хоть я и говорю: “Я знаю, что меня зовут...” и это явно неэмпирическое предложение, — — —
570. “Я знаю, что меня зовут так; каждый из нас, будучи взрослым, знает, как его зовут”.
571. “Меня зовут..., на это ты можешь положиться. Если же окажется, что это неверно, то в будущем тебе никогда не следует верить мне”.
572. И все-таки я, по-видимому, знаю, что, например, насчет своего собственного имени я не могу ошибаться! Это выражается в словах: “Если это неверно, то я спятил”. Ну ладно, это лишь слова; а как это воздействует на употребление языка?
573. Верно ли, что ничто не убеждает меня в противоположном?
574. Вопрос в том, каков типэтого предложения: “Я знаю, что не могу ошибаться в этом” или же “Я не могу в этом ошибаться”. Это “Я знаю” кажется здесь оторванным от всяких основ. Я и впрямь знаюэто. Но если уж здесь может зайти речь об ошибке, то потребовалось бы проверять, знаю ли я это.
575. Стало быть, эта фраза — “Я знаю” — могла бы служить указанием на то, в каких случаях на меня можно полагаться; но при этом пригодность этого знака должна явствовать из опыта.
576. Можно задать вопрос: “Откуда я знаю, что не ошибаюсь в своем собственном имени?”; в случае же ответа: “Ведь я так часто его употребляю” — опять-таки спросить: “Откуда я знаю, что не ошибаюсь в этом?” И на этот раз фраза “Откуда я знаю” уже не может иметь какого-то значения. Я не стал бы принимать во внимание никакого аргумента, который указывал бы на противоположное! А что значит “Я не стал бы”? Есть ли это выражение какого-то намерения?