Ненависть Державина к евреям и иудаизму была столь велика, что он верил в ритуальные убийства, правда, признавал, что не все евреи в этом повинны, а отдельные фанатики, которых защищают еврейские общины.
Чтобы избежать разлагающего воздействия евреев на христиан, Державин предлагал запретить им держать христианскую прислугу, въезд даже на короткие сроки во внутренние губернии Империи, лишить их права избирать органы городского управления; не разрешать сосланным в Сибирь осужденным брать с собой жен, "дабы не размножались и не развращали сердце Империи". Можно только удивляться, почему старик Державин не догадался предложить создание для евреев концлагерей, душегубок и печей. Возможно потому, что кое что в этих уродах ему понравилось. Так, он отмечает: "Из...кагалов...истекают по их народу всякие приказания, налог податей, наряды и прочие распоряжения, которые выполняются с такою скоростью и точностью, что удивляться должно. Живущие по городам, местечкам и деревням тотчас сообщают друг другу" полезные сведения.
Но все же Державин предлагает полностью запретить кагалы, ношение традиционной одежды, ведения переписки на родном языке. Также переселить значительную часть русских евреев в Новороссию, где они должны будут открыть мастерские и мануфактуры и заниматься сельским хозяйством. Под влиянием сторонников еврейского Просвещения (Гаскалы), Державин утверждал, что просвещение евреев "даст плоды, приятные христианству", поэтому они должны учиться в общеобразовательных школах. Но эти "лирические отступления" нисколько не убавляли ненависти Державина к евреям и иудаизму. Об этом свидетельствует следующий случай.
В 1799г. в городе Сенно (Могилевской губернии) рядом с корчмой, принадлежащей еврею, был найден труп "исколотой и изрезанной" женщины. Были арестованы четыре еврея, находившиеся в момент обнаружения трупа в корчме. Против них был выдвинут кровавый навет, т.е. обвинение в убийстве христианки с ритуальными целями. Их должны были судить в местном магистрате, но, так как среди его членов были евреи, то власти настояли на слушании дела в уголовном департаменте г. Витебска. Сотруднику уголовного департамента Стукову было поручено "секретным образом изведать и дойтить, нет ли на народному слуху, засвидетельствованному под присягой многими людьми, в законах еврейских положения, что евреям христианская кровь нужна".Стуков для подтверждения версии о ритуальных убийствах воспользовался показаниями выкреста Костинского и польской антиеврейской литературой.Эту версию поддержал Державин. В ответ на возникшее обвинение доктор медицины Авраам Бернгард, практиковавший в России, представил Павлу I записку "Свет во мраке Самогиции", в которой убедительно доказал лживость обвинений евреев в ритуальных убийствах христиан. В конце концов суд в Витебске оправдал евреев из Сенно.
В наше время можно только предполагать о том, как сложилась бы судьба российских евреев, если бы император Павел I не был бы вскоре убит заговорщиками, среди которых был и его сын Александр. Возможно, что одной из причин свержения было его "мягкое" отношение к евреям. Как было показано выше, российская знать (с подачи церковных иерархов) боялась захвата евреями власти над человечеством. Это "предчувствие" характерно католическому духовенству и европейским королям и вельможам.
11. ЕВРЕИ ПОД ВЛАСТЬЮ РОССИЙСКОГО ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА I
В марте 1801 г. на российский престол взошёл новый император Александр I (1801-1825 гг.), получивший в наследство от Павла I кучу "еврейских проблем".
Ряд факторов повлиял на мировоззрение молодого императора, а именно: происхождение; воспитатель Ф. Лагарп - швейцарец, убеждённый республиканец; "пополнение" казны "живым имуществом" - евреями, отошедшими к России вместе с землями Польши; события в Западной Европе.
Дело в том, что в 1789 г. свершилась Великая Французская Революция, возвестившая миру о наступлении новой эры. Последствиями этой революции было признание равноправия евреев, вновь поселившихся во Франции после их изгнания в 1394 г. спустя три века, а также вследствие присоединения Людовиком XIV немецких провинций Эльзаса и Лотарингии. Протестовали против эмансипации евреев депутаты национального собрания от католического духовенства и населения Эльзаса. В этой, в прошлом, германской провинции положение евреев было так же унизительным, как и в Германии. Возможно, под влиянием перечисленных факторов уже в первые годы своего правления Александр вынужден был заняться "еврейским вопросом" вплотную.
В ноябре 1802 г. по велению императора был создан так называемый Еврейский комитет. В его состав были включены известные своими "либеральными взглядами" крупнейшие крепостники из ближайшего круга Александра I: министр внутренних дел граф В. Кочубей, товарищ министра иностранных дел князь А. Чарторыжский, глава особого школьного комитета при министерстве народного образования граф С. Потоцкий. Управляющим комитетом был назначен ставший к тому времени министром юстиции Г. Державин, чья записка "Мнение" была одним из документов, которые должен был рассмотреть комитет.
Правительство хотело чтобы члены комитета в своей работе консультировались с представителями еврейского населения. Поэтому В. Кочубеем было издано распоряжение, согласно которому каждый губернский кагал избирал бы своих представителей и присылал бы их в столицу.
Создание Еврейского комитета встревожило российское еврейство. Собрание старшин Минского кагала постановило: "Вследствие распространяющихся неблагоприятных слухов из столицы Петербурга о том, что дела, касающиеся всех евреев вообще, переданы ныне в руки пяти сановников с тем, чтобы они распоряжались ими по своему усмотрению, необходимо поехать в столицу Санкт-Петербург и просить Государя нашего, да возвысится слава его, чтобы не вводили никаких новшеств".
Чтобы успокоить российских евреев, министр внутренних дел разослал в январе 1803 г. циркуляр губернаторам западных губерний, в котором велел внушить еврейским общинам, что цель Комитета - лучшее устройство жизни евреев.
В столицу прибыли депутаты только от четырёх губерний; к ним присоединились депутаты немногочисленной столичной еврейской общины. Наиболее известным их представителем был купец Нота Ноткин, автор "Проекта о переселении евреев", направленного им Павлу I в 1797 г. Главная идея проекта: поселить евреев в колонии на Черноморском побережье, где они должны будут создать ткацкие, прядильные, канатные мастерские и фабрики по производству парусины. Рабочими на этих фабриках могут быть только евреи.
В работе Комитета принимали также участие А. Перетц - банкир, корабельный подрядчик и откупщик, обладавший титулом коммерции советника; Л. Невахович - первый русскоязычный еврейский литератор, опубликовавший на русском языке в 1803 г. своё произведение "Вопль дщери иудейской". Примечательно, что эти лица, тесно связанные с высшими государственными сановниками, помогали провинциалам устанавливать контакты с членами Комитета.
Следует отметить, члены Комитета, за исключением Г. Державина, покинувшего Комитет в связи с разногласиями с его членами, были готовы решать вопросы преобразования жизни евреев следующим образом: евреи должны добровольно (?) принять временные ограничения в правах, а за это им будет обещана лучшая жизнь. Такое вот лучшее устройство жизни евреев мыслили люди образованные, сторонники идей Просвещения. Комитетчики были убеждены в том, что власть может "исправить" природу евреев воспитанием и просвещением. И это при том, что авторами были образованные, знакомые с событиями в просыпающейся Европе не понаслышке.
В одном из первых документов Комитета - так называемом меморандуме "Предварительный взгляд на евреев" (раньше на них не глядели - П. П.), - автором которого считают графа Потоцкого, говорилось о громадной ответственности, которую берёт на себя комитет, за судьбу около 700 тысяч человек. Автор напоминал (похоже, сам себе - П. П.), что свыше 18 веков евреев подвергали гонениям, не допускали ни к каким занятиям, они несли бремя непосильных налогов, их ненавидели. Это неизбежно портило евреев, формируя в них пороки, которые многим казались присущими им от природы. Поэтому, считает граф, Комитету следует отличать недостатки, развивавшиеся у евреев из-за вековых преследований, и недостатки, свойственные другим народам. Традиционно, по утверждению графа, евреи были ростовщиками, так как "уважаемые занятия были им недоступными" (владение крепостными граф считал "уважаемым занятием - П. П.). Поэтому, считает автор меморандума, необходимо сделать так, чтобы евреи перестали заниматься "вредоносными промыслами" и стали "полезными членами общества". "Сделать так" - значит принудить их к занятиям земледелием. Автор писал, что недолюбливание христиан объясняется как естественная реакция народа, живущего под игом тирании. Предлагалось поселить евреев на юге страны, но делать это следует "медленно и осторожно". Купцам и ремесленникам можно позволить приезжать по хозяйственным делам во внутренние губернии, "добиваться сближения евреев с христианским обществом" (граф "забыл" о судьбах "жидовствующих" - П. П.), приучить к замене традиционной одежды "немецким платьем".