И. Сталин внял советам Эренбурга, и обращение было переписано таким образом, чтобы успокоить общественное мнение. Начиналось оно с "напоминания" о том, что между "евреями-эксплуататорами" и "евреями-тружениками" лежит "пропасть", причём особо подчеркивалась "активная роль" последних в "лагере борцов против поджигателей войны". Из нового варианта обращения была изъята практически вся лексика времени "большого террора", характерная для первоначального варианта. Но в новом варианте была значительно усилена критика политики "главарей государства Израиль". Но, возможно, в качестве "компенсации" за смягчение тона в адрес "главарей", 9 февраля 1953 г. во дворе миссии СССР в Тель-Авиве была неожиданно взорвана бомба, ранившая трёх советских граждан. Несмотря на немедленно последовавшее официальное заявление Израиля об "осуждении этого преступного акта" и мерах, принимаемых правительством к розыску и наказанию преступников, а также извинения "по поводу совершённого злодеяния", Советский Союз разорвал дипломатические отношения с Израилем.
Исправленный текст обращения содержал ответ тем, кто был обеспокоен отсутствием газет, книг и школ на еврейском языке: "Мы считали бы целесообразным издание в Советском Союзе газеты, предназначенной для широких слоёв еврейского населения в СССР и за рубежом". Активную роль в сборе подписей сыграли известные сталинские холуи, "полезные евреи" - И. Минц, М. Митин (академики, не имеющие к науке никакого отношения), Я. Хавинсон (Маринин) и Д. Заславский (так называемые журналисты, писавшие пасквили в газете "Правда").
В сохранившемся неопубликованном подлиннике второй редакции обращения, появившемся в "Правде" 20 февраля 1953 г., стоят фамилии 59 евреев (в их числе членов ЦК ВКП(б) Л. Кагановича и Б. Ванникова, министра строительства предприятий тяжёлой индустрии Д. Райзера, Героев Советского Союза Д. Драгунского и Я. Крейзера, писателей И. Эренбурга, В. Гроссмана, М. Алигер, С. Маршака, Л. Кассиля, композиторов М. Блантера, И. Дунаевского, академиков И. Минца, М. Митина и Л. Ландау, авиаконструктора С. Лавочкина, артистов Д. Ойстраха, М. Рейзена, Э. Гилельса, кинорежиссёра М. Ромма и других, не столь известных деятелей). Не поставить свою подпись под обращением обозначало приговорить себя к смерти.
5 марта 1953 г. Сталин скончался. Дело "врачей-вредителей" уже катилось по инерции и 31 марта 1953 г. Л. Берия (первый заместитель председателя Совета Министров СССР, министр внутренних дел) подписал постановление о его прекращении, которое было утверждено ЦК партии в тот же день. И в этот же день все арестованные вышли на свободу. 4 апреля 1953 г. об этом знаменательном событии сообщила вся центральная пресса.
2 4 . ЕВРЕИ СССР В ПЕРИОД "ОТТЕПЕЛИ"
После смерти Сталина неожиданно был арестован М. Рюмин - заместитель министра государственной безопасности (МГБ). Ближайшие соратники Сталина назначили его и целый ряд других чиновников МГБ виновными в фабрикации провокационных дел и в грубейших извращениях советских законов. 4 апреля 1953 г. были арестованы Л. Цанава и С. Огольцов - бывшие заместители министра госбезопасности - организаторы убийства С. Михоэлса. 26 июня 1953 г. Л. Берия был арестован группой военных во главе с маршалом Г. Жуковым. На состоявшемся в конце июня 1953 г. пленуме ЦК КПСС, фактически посвящённом "делу Берия", тот был обвинён в том, что "публичной реабилитацией "кремлёвских врачей" он произвёл на общественность тягостное впечатление". 23 декабря 1953 г. Берия был расстрелян по приговору Специального судебного присутствия Верховного Суда СССР (как агент иностранных разведок). Однако, только 22 ноября 1955 г. Военная коллегия Верховного Суда СССР отменила приговор в отношении деятелей ЕАК, и в 1956 г. из лагерей и ссылок были освобождены все оставшиеся в живых зеки, проходившие по этому делу. Следует заметить, что этот "акт милосердия" был совершён после широкомасштабной амнистии, объявленной, как полагают историки, после смерти Сталина по инициативе Берии.
Во второй половине 1953 г. были восстановлены дипломатические отношения с Израилем.
В 1954 г. впервые после полного уничтожения еврейской культуры в конце 1940-х - начале 1950-х годов стали издаваться произведения Шолом-Алейхема в переводах на русский, украинский и другие языки. Возродились небольшие коллективы еврейских артистов, исполнявших еврейские народные песни, "разоблачая", таким образом, сионистскую пропаганду, утверждающую, что в СССР отсутствует еврейская культура. В целях такого разоблачения из ЦК КПСС в ЦК партии союзных республик было разослано письмо, в котором приводилась "тематика материалов по разоблачению сионистской пропаганды", разработанная Совинформбюро и Главным управлением радиовещания, где в списке материалов, "предназначенных для капиталистических стран", значится: "15. Издания произведений классиков еврейской литературы на языках народов СССР. 16. Новое издание произведений Шолом-Алейхема. 17. Пьесы еврейских писателей на сценах советских театров. 18. Концерты исполнителей еврейских народных песен". Все эти благие порывы остались на бумаге, хотя в 1955-1956 гг. были организованы какие-то комиссии и соответствующие решения принимались Союзом писателей СССР. В действительности с 1959 г. по 1967 г. было издано 16 книг на еврейском языке, начал издаваться журнал "Советише геймланд" ("Советская родина"), подписка на который для евреев - членов КПСС была практически обязательной, как и на газету "Правда" для всех без исключения коммунистов. "Биробиджанер штерн" ("Звезда Биробиджана") - областная газета, издававшаяся на еврейском языке, едва дотягивала до 12 тысяч экземпляров. Несмотря на неоднократные сообщения из Москвы, которые поступали в средства массовой информации США, Франции и других стран о предстоящем открытии еврейского театра, он так и не был создан. Однако в Вильнюсе при городском комитете профсоюзов открылся Вильнюсский драматический театр, игравший на идиш. В 1962 г. такого рода театр был организован в Каунасе. В этом же году при Москонцерте возник Московский еврейский драматический ансамбль (МЕДА). Первоначальная численность ансамбля состояла из трёх артистов, затем она слегка выросла, но фактически он не имел ни своей сцены, ни своего репетиционного зала. В декабре 1965 г. открылся Биробиджанский еврейский народный театр. Небольшие группы художественной самодеятельности появились в Риге, Ленинграде, Черновцах, Львове, Ташкенте. В Нальчике в 1959 г. был организован хоровой ансамбль горских евреев.
Первый концерт еврейской песни состоялся в августе 1955 г. в Москве. Такие же концерты проходили в этот и последующие годы в Киеве, Харькове, Одессе и других городах компактного проживания евреев. Их участниками были С. Любимов, С. Таль, И. Ракитин, Черновицкий художественный ансамбль "Слова и песни", Н. Лифшицайте, Х. Хаятаускас, Х. Гузик, Э. Горовец. При Литовской государственной филармонии также образовалась концертная группа, выступавшая на еврейском языке.
Казус состоял в том, что евреи уже поголовно лишённые своего языка и литературы (за исключением немногих верующих стариков и священников, знавших в широком смысле идиш и иврит) начали, во-первых, вспоминать народные песни, а во-вторых, проявлять интерес к народному языку. Подсчитано, что уже к 1961 г. гастроли еврейских артистов посетили, примерно, 300 000 человек. Однако правителей СССР рост интереса евреев к своей культуре не радовал. Они, встречаясь с иностранными дипломатами и политиками, цинично утверждали, что еврейская культура медленно развивается по той причине, что сами евреи в этом не заинтересованы. Вот как Н. Хрущёв, возглавлявший в те годы КПСС, объяснял отсутствие еврейских школ в Еврейской автономной области: "Нельзя заставить евреев посещать еврейские школы. Нельзя было бы никогда создать университет на еврейском языке, не нашлось бы достаточного количества студентов... Если бы евреев обязали посещать еврейскую школу, это, несомненно, вызвало бы возмущение. Это было бы понято как своеобразное гетто". Хрущёв, изворачиваясь, врал. И, к сожалению, не единственный раз.