«Но они терпят много горя, много трудов и подвергаются различным ужасам!» — «Этого я не мог отвратить от вас, а потому против всех несчастий дал вам оружие: сносите же их мужественно! В этом отношении вы стоите выше бога: он — вне всех зол, вы — над ними. Презирайте бедность: всякий имеет больше, чем было у него, когда он родился. Презирайте боль: или ей, или вам наступит конец. Презирайте судьбу: ваш дух ничем не может она умертвить. Презирайте смерть: она — или всему предел, или откроет вам новую жизнь.
Прежде всего я позаботился о том, чтобы никто не мог насильно удержать вас. Всегда открыт выход. Не хотите сражаться — можете обратиться в бегство. Поэтому я устроил так, чтобы из всех необходимых вам вещей самой легкой была смерть. Душу поместил я таким образом, что она может свободно отлететь прочь. Оглянитесь кругом — и вы увидите, какой короткий и удобный путь ведет к свободе. Выход из жизни не сделан для вас таким же долгим, как вход в нее. Если бы человек так же долго умирал, как медленно рождается, то, воистину, судьба имела бы большую власть над вами! Каждое мгновение и любое место могут вас научить, как легко отказаться служить природе и возвратить ей ее подарок. У алтарей, во время торжественных жертвоприношений, когда возносятся моления о продлении жизни, можете учиться вы смерти: от незначительной раны, как сноп, падают могучие тела быков; удар руки человеческой повергает на землю самых сильных из них; вот тонкое лезвие ножа пересекает жилы и связки, соединяющие шею с головой, и валится огромная туша! Жизнь не глубоко сидит. Чтобы прекратить ее, нет нужды мечом наносить себе тяжкие и глубокие раны. Смерть очень близко. Чтобы обрести ее, незачем далеко ходить, везде она к нашим услугам. То, что собственно называется смертью, то есть разлука души с телом, совершается так скоро, что и почувствовать не успеешь. Петля ли стянет шею, вода ли заполнит собой легкие, разобьется ли кто, стукнувшись головой оземь, пламя ли, охватив со всех сторон, прекратит дыхание, — что бы ни случилось, наступит быстро. Не стыдно вам? Так долго боитесь того, что длится только миг!»
Комментарии
УТЕШЕНИЕ К МАРЦИИ
Марция потеряла сперва мужа, затем отца, выдающегося историка Авла Кремуция Корда (полное фамильное имя Марции должно было, следовательно, звучать Марция Кремуция), возбудившего гнев Сеяна и вынужденного покончить с собой (25 н. э.), а после этого (предположительно, в 37 или 38 г.) еще и любимого, подававшего большие надежды сына Метилия (Руфа?). Еще раньше умер ее старший сын (см. гл. 16). Остались две дочери — Метилия Марция и Метилия Руфина. Тяжкая утрата, понесенная образованной женщиной из высшей знати, дала Сенеке повод попробовать себя в жанре утешения. Отмечают «трафаретность» его рекомендаций (ср., например, 16-е главы «Утешений», обращенных к Марции и к матери, Гельвии). Риторическая структура правильна и ясна, подчеркнута самим автором: вступление, нахождение материала, расположение, рассказ и аргументация, примеры, обобщение. Но стандартная композиция не мешает этой вещи производить сильнейшее впечатление. Особенно выразительны отсылающие к Платону главы о тленности человека и вечной жизни души, аллегория поездки в Сиракузы. Источник этой выразительности, равно как и платоновских аллюзий, известен. Литературной моделью Сенеке послужило сочинение платоника Крантора из Сол (приехал в Афины в конце IV в.) «О печали», утраченное, видимо, уже в античности. Крантор обращался к своему другу Гиппоклу, у которого умер сын. Вещь получила известность далеко за пределами платоновской Академии, Афин, Греции и эпохи Крантора. Её высоко ценили учившие в Риме стоики, друзья Сципиона и Лелия (Панетий называл ее «золотой»), Цицерон использовал как источник для собственного «Утешения», написанного после смерти любимой дочери Туллии.