Вспомни то горькое время, когда Сеян выдал твоего отца словно бы в качестве подарка своему клиенту Сатрию Секунду. Он злился на него за то или другое свободное высказывание, ибо Корд не мог молчаливо выносить, что Сеян даже не посажен на наши шеи, но сам на них вскарабкался. Думали поставить ему статую в театре Помпея, который по приказанию императора был восстановлен после пожара. Тогда Корд воскликнул, что теперь театр действительно погиб. Что же? Лучше было ему смолчать при виде того, как над прахом Гйея Помпея поднялся Сеян, как на памятнике великого полководца воздвигают статую вероломному солдату. И он погиб благодаря этому восклицанию. Злые собаки, которых Сеян кормил кровью, чтобы приручить их и натравливать на других, сейчас же начали лаять и набрасываться на обреченного человека. Что ему оставалось делать? Чтобы остаться в живых, он должен был умолять Сеяна, а чтобы умереть — свою дочь, которая тоже была неумолима. Он решил обмануть дочь. Ослабив себя, насколько мог, жаркой баней, он удалился в одну из своих комнат и попросил чего-нибудь поесть; потом, отослав слугу, выбросил часть пищи за окно, чтобы показать, будто ел, а за обедом воздержался от пищи, говоря, что он уже сытно поел в своей комнате. Так поступил он и на второй, и на третий день. На четвертый же он был выдан своим бессилием. Тогда он обнял тебя и сказал: «Дорогая дочь, за всю мою жизнь я утаил от тебя только это; я вступил на путь смерти и почти достиг его половины. Ты не должна и не можешь меня вернуть». И он приказал закрыть доступ свету и спрятался в темноте. Когда его решение стало известно, все были рады, что добыча избегла мести кровожадных волков. Обвинители по приказанию Сеяна обратились к консульскому трибуналу, жалуясь, что Корд умирает с целью предотвратить то, к чему они его принудили: настолько полным было впечатление, что Корд от них ускользает. При разбирательстве являлся очень серьезный вопрос о том, имеет ли право осужденный, умерев, уйти от наказания. Но пока совещались, пока обвинители во второй раз обращались к консулам, он уже стал свободен. Видишь, Марция, как неожиданно наступает неблагоприятная смена обстоятельств? И после этого ты плачешь, потому что один из твоих близких должен был умереть? Другому это чуть было не запретили!
23
Помимо того что будущее неизвестно и, вероятнее всего, печально, самый путь к небу легче для душ, вовремя освободившихся от общения с людьми, ибо они взяли на себя меньше осадков и отягощающей массы. Освобожденные прежде, чем успели глубоко воспринять в себя земную материю, они легко поднимаются к своему первоисточнику, легче сбрасывают все то безобразное, что к ним пристало. Великим душам не может быть приятно долгое пребывание в теле, они стремятся вырваться и разбить его. Они плохо выносят стеснение, ибо привыкли в вышине пересекать вселенную и с высоты созерцать человеческую жизнь. Об этом именно и кричит Платон: душа мудреца целиком направлена к смерти, ее она вожделеет, о ней размышляет, этим стремлением всегда руководится, стремясь к внешним по отношению к этому миру вещам.
Что же? Могла ли ты, Марция, надеяться долго сохранить его, когда в этом юноше ты находила мудрость старца, чистый и свободный от пороков дух, способный побеждать жажду наслаждений, умевший стремиться к богатству без жадности, к почетному положению без тщеславия и к удовольствию без чувственности? Близко к концу все то, что достигло высшей точки. Совершенная добродетель вырывается отсюда и исчезает из наших глаз; не ждет крайних сроков жизни тот, кто созрел уже в ее начале. Чем ярче пламя огня, тем скорее он гаснет. Жизнь его длиннее, если он образовался из плотного и мало горючего материала и, задавленный дымом, светит тусклым пламенем: его поддерживает та же причина, которая скудно питает. Так и души; чем светлее, тем кратковременнее. Ибо близко разрушение там, где больше не возможен рост. Фабиан утверждает то, что видели и наши родители, а именно: что в Риме был мальчик ростом с необыкновенно высокого мужчину, но он скоро умер, и каждый разумный человек знал это заранее: он не мог дожить до старости, ибо уже раньше достиг ее. Таким образом,зрелость является признаком скорой смерти, и конец наступает скоро, едва лишь исчерпан рост.