Меня пронизывает стыд. Я всегда следовала за трендами и создавала их в узких кругах нашего окружения, а сейчас по очевидным причинам таскаю старье. На фоне блондинки, обернутой в яркие модные вещи, сложно сохранять достойное лицо, но я умудряюсь справиться с обуревающим конфузом и демонстрирую бутафорскую уверенность.
Даше не нужно, чтобы я отвечала на ее вопрос. Она пускается в болтовню о своем новом парне и запланированной поездке в Эмираты с ним на следующей неделе. Хвастается бриллиантовыми серьгами-капельками и треплется о том, что дураков, готовых весь мир сложить к ее ножкам, целый гарем. Я выслушиваю этот нескончаемый поток бессвязных откровений лишь по одной простой причине ― пока рот Даши занят разговорами о себе, она упускает из виду все и всех, кто ее окружает.
― Давай соберемся вечером и поболтаем как следует! ― снова сгребает меня в объятия. ― В «Холидэй» посидим, я девчонкам напишу. Стеллке, Лизе, Моне... хотя нет. От Моны не отвяжемся потом. Ты слышала, кстати, что она себе губы сделала? Такой трэш! ― Даша закатывает глаза и кладет ладонь на грудь, вздыхая. А ее покупки все так же собирают грязь на тротуаре. ― Попала к какому-то липовому хирургу, а он ей...
Вещает взахлеб. У меня времени в обрез, так что приходится прервать ее.
― Прости, Дашуль, но я тороплюсь, ― тянусь к девушке и чмокаю ее в обе щеки.
― А... ага, ― она растеряна и, наконец, нагибается, чтобы подобрать пакеты с асфальта. ― Так что? Сегодня в «Холидэй» увидимся?
Вот приставучая.
― Да, само собой, ― я улыбаюсь ей и начинаю пятиться в сторону химчистки.
― Океюшки, детка, ― Даша достает из сумочки телефон и приковывает внимание к экрану. Не удивлюсь, если уже строчит своим «подружкам» сообщение о том, что наткнулась на меня и увидела мой сломанный ноготь на мизинце правой руки. Безобразие. ― Тогда до вечера...
Рядом с блондинкой тормозит белый хэтчбэк «BMW». Она ловко поправляет декольте, выпячивая силиконовые сиськи, и бежит к машине, сверкая улыбкой а-ля «Ради твоих денежек я встану на четвереньки и позволю напялить на себя поводок».
Какого черта ей приспичило попасться мне на пути? Какого черта пристала с еще одной встречей? У меня нет лишних денег даже на «Старбакс». Клуб «Холидэй» ― любимое место ночных развлечений для представителей золотой молодежи Москвы ― меня разорит, если я наведаюсь в него сегодня.
Но отказать в приглашении будет дурным тоном.
Ладно. Я не боюсь показаться грубиянкой. А вот бедной ― да.
Нужно что-то придумать.
РОМА
― Что с твоим лицом, братишка? ― Макар пихает Феликса в бок.
Младший брат нехотя поднимает голову, отвлекаясь от экрана мобильного, и награждает бородатого кудряша свинцовым взглядом.
― Жалею, что позволил притащить себя в этот дешевый цирк, ― рубит с плеча, не заботясь, что заденет нежные чувства Макара. Он весь день жужжал о ночном клубе «Холидэй», который ему настоятельно советовали посетить приятели. Мы согласись пойти сюда, только чтобы не слышать нудный скулеж о том, какая у нас скучная семейка.
Мажорское пристанище наркош и малолетних алкашей, избалованных родительским влиянием. Ничего особенного. Примитивная атмосфера, тяжелая электронная музыка, несколько отдельных залов и VIP-комнат. В перечень услуг заведения входят первоклассные шлюхи, которые за дополнительную плату отменно станцуют стриптиз и беззастенчиво опустошат не только твой бумажник, но и облегчат тяжесть мошонки.
Макар обхватывает губами мундштук и затягивается. Помещение провоняло ароматом кальяна, и я бы отрезал себе нос, чтобы больше его не чувствовать. Никакая химчистка не сотрет с моей одежды эту вонь.
― Мы редко проводим время вместе, ― выдыхая клубы густого белесого дыма, говорит Макар.
Закидывает руку на спинку дивана и раздевает взглядом танцовщиц на небольшой сцене. Полураздетые молодые женщины танцуют подобие канкана, но ничего сексуального я в этом не вижу. Дешевый разврат ― да. Макар же называет это «эротической эстетикой».