Что интересно, отношения с измырями примерно в это же время начали привычно портиться. Почему, народ не понял, списав на вздорный и неуживчивый характер измырского народа. Мол, чего тут удивляться, это же измыри, когда с ними мир-то был. Но в узких кругах поговаривали, что измыревский владыка предъявлял необоснованные претензии нашему Славену, якобы мы не вернули измырям суперценных специалистов, о которых и сам владыка осведомлён не был.
На что Славен резонно отвечал, что владыка должен для начала сии претензии конкретизировать и пояснить, кого именно Славен брал и не вернул. Но и эти слухи довольно скоро смыли волны времени, и наша империя зажила обычной жизнью огромного государства с множеством происходящих в нём событий, больших и малых...
глава 17
Элеонора.
Вот и уехала моя любовь. Печалька. И мадам Рогнеда с ним вместе. Говорят, проводить захотела сыночка. В этом я её очень хорошо понимаю. Правда, без мадам Рогнеды, моей будущей свекрови, ну, как я надеюсь, конечно, как-то посвободнее. С Нэймэркой я нашла общий язык. Мы ещё не подружки, всё-таки Нэймэрка держит дистанцию, но уже и не совсем господин-слуга.
Нэймэрка советуется со мной по поводу девулек, я советуюсь с Галатейкой, и все довольны, все смеются. Галатея, кстати, действительно, спец по малявкам. Просто всё знает, что ни спроси. Конечно, я не в лоб спрашиваю, понятное дело. Мы как бы сравниваем наше профильное образование, обителями соревнуемся. Моя обитель Светлый путь стандартно в аутсайдерах. Ха-ха.
Но вот что меня начинает реально беспокоить, так это дорога всё же к дому. В гостях, конечно, хорошо, но так, вообще-то, и из универа вылететь недолго. А куда мне тогда? На стройку идти работать, что ли? Ну уж нет, я физический труд не люблю. И потом, всё же уже хочется и родителям позвонить. И вообще, а что, если моя великая любовь так и останется безответной? Что же мне, всю жизнь, что ли, в прислугах прозябать?
Нет уж, я так не согласна. Ну а потом, будь честна сама с собой, Элеонора, твоя любовь не очень-то на тебя реагирует, если честно. Нулевая реакция-то, Элеонора, нулевая. Так, только без слёз. Мне нужно срочно, просто срочно заинтересовать хоть чем-то Нэймэрку, потому что просто чувствую, что дорога к дому лежит через неё. Вернее, через возможности, коими обладает графиня Корнегейская.
Графиня Элеонора Корнегейская… Ах... Ничего звучит, лучше, чем Сергеева, значительно лучше... Ах...
От грустных-прегрустных мыслей с малюсенькой примесью надежды меня отвлекла опять же Нэймэрка, дай ей Создатель ещё деток побольше. Ну, а девульки мгновенно окрасили этот мир яркими весёлыми красками.
-Ах вы мои сладенькие, кто сейчас гулять пойдёт? А, кстати, гм, госпожа Нэймэри, а имена-то пора б уж дать-то.
– Но ты же знаешь, Элинор, -грустно-укоризненно глянула на меня своими огромными медовыми глазюками её светлость.
Красивая, зараза. Вот есть в ней что-то, чего даже в Шарлен Уиттсток нет, есть. Не то шарм какой-то особый, не то ещё что, огонёк какой-то внутренний, что ли. Я просто счастлива, что… Ратмир смотрел на неё абсолютно равнодушно и даже с небольшой примесью ну не то чтобы раздражения или чего ещё, а как-то как на… ну, примерно, как я на нашего Гошу Гэста смотрю, красивого, но тупого, не понимая, что в нём девчонки вообще находят.
Вот также и Ратмир на Нэймэрку смотрел. Это, конечно, очень хорошо, но вот здесь он совсем не прав. Нэймэрка какая угодно, только не тупая. Тупых я сразу вижу, они меня раздражают безмерно. Я когда вижу тупого, мне ему хочется прямо по голове надавать, вот так они меня раздражают.
А Нэймэрка нет, точно не тупая. И мужа своего, Эдуарда, очень любит, что бы там девки ни болтали своими языками, просто как помело, честное слово. Я-то вижу по утрам, когда пост у нянек принимаю, какие у Нэймэрки глаза заплаканные всякий раз.
И ночью иногда придёшь с проверкой, тоже слышно, как она по ночам в подушку ревёт. Не всякий раз ревёт, но часто вообще-то. Вот и девок не назовёт никак, всё мужа ждёт, Эдьку этого. У них тут обычай такой, что детям имена муж даёт. Но что сделаешь-то, если мужа-то скоро уж год как нет-то. Может, он уже и не вернётся никогда. Что ж, девулькам теперь без имён, что ли, быть? Но этот аргумент я Нэймэрке не привожу, конечно.
-Послушайте, гм, госпожа, ну, может, мы их пока понарошку как-нибудь назовём, а господин приедет и настоящие имена даст. А то не знаешь уже, как к ним обращаться-то. Их души ведь тоже, наверное, имя получить хотят в связи с гм… заветами Создателя, гм.