Я закинула в рот несколько мятных подушечек, когда Русю потянуло на разговор.
— В смысле не хватает? — насторожилась я. Обычно подруга включала «мамочку» после третьей, а сейчас сразу понесло.
— Ну как же. Богатая, красивая, умная, — Руслана загибала пальцы. — Не спорь, ты умная. Философия Змея не в счет. Он на тебя зуб держит, вот и зверствует. А ты пьешь, куришь всякую дрянь, по клубам шатаешься, с родителями постоянно конфликтуешь, хотя они у тебя предки мировые и состоятельные. С такими дружить надо, — подруга назидательно подняла указательный палец. — В общем, мне бы твои возможности, я бы развернулась.
— Открыла бы приют для животных? — фыркнула я, ненавидя нравоучения. — Ты и сама по клубам шатаешься!
— Я — это совершенное другое. У меня хвостов нет, и я меру знаю, — выдала Руся, дергая Миху за рукав и отвлекая от полуголой танцовщицы.
Что верно, то верно. Веселиться я любила, в отличие от ненавистной учебы и вечно зудящих родителей. Могла на несколько дней затусить в хорошей компании.
Текила закончилась на удивление быстро. Руся уже вовсю целовалась с Михой, Лялька со своим новым ухажером Максом от них не отставали.
В такой обстановке за столом сидеть было тягомотно, и мы с Занозой двинулись к бару пополнить запасы. На полпути, правда, Занозу перехватил какой-то изрядно набравшийся тип и до барной стойки я дотащилась одна.
Собиралась было подозвать бармена для очередного заказа, но повернула голову, и моя челюсть «упала на пол».
Змей, он же Матвей Игоревич Григорьев, как ни в чем не бывало сидел на моем любимом месте за барной стойкой и потягивал, скорее всего виски. Потому что коньяк здесь всегда был отстойный.
Вот те на! Старичок на молодежной тусовке! Интересно, каким ветром занесло старпера в клуб субботним вечером?
— Снеж, ты чего остановилась? — Заноза подтянулась к бару и нетерпеливо толкнула меня в бок.
— Тише ты! — цыкнула я и кивнула. — Смотри.
— Ничего себе! — ахнула Заноза, едва взглянув на профессора. — Не знала. Что наш красавчик посещает такие заведения.
— Какой красавчик? Глаза разуй! — я разозлилась, потому что для меня Григорьев был самым отвратительным преподом, и я хоть убей не видела в нем ничего красивого. — Он самый настоящий урод. И моральный, и внешность уродская.
— Брось, Снеж, не перегибай! — голос подруги стал медово-масляным, заставив меня заволноваться. — Все девчонки нашего универа тайно в него влюблены. Некоторые, вроде Светки, ну помнишь ту самоуверенную сучку с пятого курса, предлагали ему себя и не раз, — Заноза усмехнулась. — Но наш профессор крепкий орешек. Всех отшивает, да еще нравоучения читает. Мы с девчонками слышали, как он Светку чихвостил, когда та разложила перед ним на столе свои прелести.
— Может он гей? — я еще раз изучила его уродский профиль.
— Да ну, какой гей! — фыркнула Заноза. — Обычный взрослый мужчина, знающий себе цену. Самодостаточный и привлекательный. Говорят, что он вроде как женат, правда кольца не носит, и жена его где-то за границей живет.
— Женат, говоришь?
Текила ударила в голову, и в голове вдруг нарисовался четкий план получения заветного зачета. Собрав распущенные волосы в жуткий пучок на голове, я достала из сумочки очки с толстыми стеклами. Видела я в них великолепно, но выглядела жуткой уродиной. Прямо под стать преподавателю. Зато такой на семинарах Змей меня никогда не видел.
Ну держись, профессор! Я иду!
— Что за странный прикид! — захихикала Заноза, оглядывая меня в бабушкиных очках и с фигой на башке.
— Для конспирации, — я заговорщически подмигнула, отводя подозрения.
В универе никто не видел меня-очкарика, хотя в реальности я была слепой как крот. Поэтому и садилась всегда на первый ряд, а не потому, что любила доставать преподавателей, задавая дурацкие вопросы.
— Тебя даже родная мать не узнает, — подтвердила подруга, подняв большой палец вверх.
Рассмеявшись, я поправила лиф топа, чтобы взору окружающих предстало больше голого тела, и отправилась штурмовать профессора. Он как раз подозвал бармена и заказывал… О нет! Отвратительный коньяк.
— Одну минутку, — я подняла вверх руку, привлекая внимание мужчины за стойкой, а затем сразу переключилась на Змея. — Я сяду рядом, если вы не против, — проговорила томным голосом и прижалась к Григорьеву так сильно, что почувствовала тепло его тела.
Старичку случаем не жарко в своем сером пиджаке? Предложу ему раздеться немного позже, а пока…
— Два виски, пожалуйста! — заказала я и плюхнулась на стул рядом с профессором.