- Снежана, вы учитесь или работаете? – мама профессора присаживается напротив.
Несколько минут допроса я выдержу, а потом подмигну Матвею. Он же обещал защищать.
- Учусь в университете, где работает ваш сын, - смотрю на Матвея с обожанием. Пусть думают, что я от него без ума.
- На каком курсе?
- На первом.
Родители переглядываются. Не о такой невестке, наверное, мечтали. Интересно, как выглядит первая жена Матвея? Писаная красавица или, наоборот, середнячок? У Григорьевых непременно есть фотоальбом. Как бы так мягко намекнуть на желание в него заглянуть!
- А кто ваши родители? – следующий вопрос задает уже отец Матвея.
- Слышали о сети салонов кожи и меха? - называю известный бренд, родители Матвея кивают. – Их владелица моя мать. У отца строительный бизнес, масштабы которого даже не могу представить. Ростовцев Игорь Валентинович.
Личность в городе известная. Светская и популярная. По лицам родителей понимаю, что они слышали о таком бизнесмене. Как ни странно, у них больше нет вопросов. Зинаида предлагает нас накормить. Мы с удовольствием соглашаемся, потому что еще даже не завтракали.
- Мы сейчас с Игорем накроем на стол, а вы пока посмотрите фотографии.
Мне протягивают пухлый альбом. Несказанная удача!
- Сейчас узнаем, каким ты был малышом! – я хихикаю и потираю руки.
- Нормальным был малышом, - Матвей придвигается ближе, и я глажу его бедро. Он покрывает мою шею быстрыми поцелуями. Воздух между нами накаляется и сгущается.
- Сынок, ты покажи Снежане квартиру, - в зал возвращается Зинаида, и мы отшатываемся друг от друга. – Все, все, не мешаю. Ушла, - почувствовав себя третьей лишней, она быстро ретируется из комнаты, а мы с Матвеем снова сближаемся.
- Хочу тебя, - шепчет мне в ухо.
- Я тоже. Безумно, - мое тело сотрясается мелкой дрожью от желания.
- Мы только пришли. Если сейчас уйдем, родители обидятся.
- У тебя здесь есть своя комната? – выдыхаю, а взгляд затуманен от возбуждения.
- Общая с сестрой.
- А замок на двери?
- Имеется, - глаза профессора загораются озорным блеском. – Пойдем! – он хватает меня за руку и тянет за собой.
Все происходит очень быстро. Мы оба уже на грани, и когда Матвей запирает дверь, кидаемся друг на друга. Второпях скидываем одежду, жадно целуемся.
- Иди ко мне! – Матвей тянет меня на кровать, одновременно скидывая на пол покрывало. Мы падаем на белоснежные простыни, я сажусь сверху.
Это такая власть, двигаться в ритме, который сама задала. Вначале медленно, наслаждаясь его нетерпением, потом быстрее. Он перехватывает инициативу, потому что желает резче и глубже. Мы ускоряемся. Еще и еще. Доводя пульс до максимума.
Я почти на пределе, но Матвею, чувствую, не хватает, и тогда я начинаю его ласкать. Касаюсь всюду, насколько позволяют руки. Глажу, целую, покусываю. Он стонет, когда обвожу языком темную ареолу сосков. Его возбуждение нарастает, а мое и подавно зашкаливает. Шумно вдыхаю, задерживая дыхание и сдерживая крик.
Напряжение бешеное, и вот я уже не могу сдержать глухой стон. Падаю Матвею на грудь и бьюсь в экстазе. Сжимаю внутренние мышцы, и это для него последняя капля. Он тоже взрывается, рычит, хрипит, выдыхает.
Потом мы лежим и тупо пялимся в потолок, на который профессор в детстве налепил звездное небо.
- Мне нужно в душ, - жалобно смотрю на Матвея, понимая, что в таком виде ни за что не покажусь перед его семьей.
- Конечно, - Григорьев второпях накидывает на себя одежду и поворачивает замок.
В коридоре никого нет. Он подхватывает мои вещи и подает руку. Офигеть, он сумасшедший! А если бы нас застукали?
Но все хорошо, и мы как воришки заскакиваем в ванную. Пока принимаю душ, Матвей умывается, а остальное время наблюдает за мной.
- Что? – кручу задницей, завлекая Матвея, как самка самца.
Капец! Становлюсь такой же озабоченной, как Миха с Русей.
- Ты очень красивая, - он загадочно улыбается.