Прибыл он к тому человеку и попросил его показать свою сокровищницу.
Тот повел богача, показал ему несчетное множество житниц, переполненных пшеницей и ячменем, и весело сказал: — Вот как щедро одарил меня господь!
Богач стал бранить его и тех, кто его так прославлял, и сказал ему так:
— У меня жемчуга столько, сколько у тебя пшеницы, но и это я ие почитаю богатством. И ушел.
В следующем году выпал такой неурожай, что хлеба не было и в помине. Голодали все.
Богач послал к человеку, владевшему хлебом, слугу с дарами, жемчугом и драгоценными камнями и просил продать ему зерно. Но человек этот ничего не ответил. Не видя спасения, богач послал к нему верблюдов, навьюченных несметным количеством драгоценностей.
Обладатель зерна возвратил присланное и приказал передать:
— Ни за какую цену я не продам тебе хлеб, но пришли мне свою жену и тогда бери, сколько хочешь.
Тот, услыхав это, очень опечалился и сказал:
— Если отдам жену, то что скажу моим друзьям и для кого же мне тогда покупать хлеб? Если же этого не сделаю, он не даст зерна и дети мои умрут голодной смертью.
Но так как другого исхода не было, посадил жену на коня и отослал ее.
Когда тот человек увидел прибывшую к нему жену богача, он сказал ей так:
— Ты — мать мне. Вижу, что твой муж, так высокомерно поносивший меня раньше, теперь совсем смирился, поэтому возьми сколько тебе угодно хлеба и отправляйся обратно.
Он дал ей много хлеба и отпустил.
— Если ты, о Джумбер, так презираешь своего Леона, что уподобляешь его собакам и свиньям, что же может теперь убить меня?!
Джумбер рассмеялся и сказал ему так:
— Да обернется горем твоя радость! Чем скверный мулла лучше свиньи? И если тебе это так приятно, я могу, согласно твоему желанию, назвать его еще раз свиньей. Но какой тебе от этого прок?
Рукха ответил:
— Назови только Леона свиньей, и я буду ему другом. Джумбер сказал:
— Почему у тебя, получеловека, тщеславия и гордыни на двадцать человек? Вот и крапивник — до того глуп, что, когда по небу прокатится гром, он кидается на спину. «Подпереть бы, — думает, — лапкой небо, чтобы оно не обрушилось и не погиб под ним мир». И журавль из гордости никогда не поставит на землю обе ноги разом. — боится, как бы под его тяжестью не провалилась земля. Что же ты мнишь о нечистой своей особе, кто ты такой?
И рассказал ему Джумбер притчу:
68 ЛИСИЦА И ЖУРАВЛЬ
Лисица позвала к себе журавля, сварила чечевицу и вылила ее на медную тарелку. Принялись есть. Лисица лизала языком, по как журавлю есть с тарелки? Ему едва удавалось клевать по зернышку.
На следующий день журавль позвал лисицу, сварил гороху и налил в горшок с узким горлышком. Принялись есть. Журавль сунул клюв в горшок и ест. Но лисице не удалось всунуть морду в узкое горлышко, как ей было есть? Обиделась лисица и навоняла, чтобы насолить журавлю. Журавль тоже обиделся и напакостил ей прямо в глаза. Какова же цена таким любезностям и благоволению друг к другу или этакой злобе и вражде?
— Подобно этому, какой смысл в вашей дружбе и любви или во вражде и соперничестве? Иные люди приписывают милости, оказанные господином, не величию господина, а собственным заслугам. Ты — евнух, и надлежит тебе быть верным царю и не щадя сил служить ему денно и нощно. А тот юноша состоит при мне. Ему надлежит быть верным царю и воспитывать меня.
Из-за чего тебе враждовать с ним или из-за чего ему спорить с тобою?
Рассказал Рукха притчу:
69 КАДИЙ И МУЛ
Шли по дороге два человека. Один из них споткнулся о камень и помянул нехорошим словом черта. Другой сказал ему:
— Что тебе сделал черт? Не он же посоветовал тебе оступиться! Все, как и ты, ругают его зря.
Когда спутники расстались, черт пришел к своему заступнику и сказал:
— Ты меня защитил, и я хочу вознаградить тебя за это. Я обернусь добрым мулом, садись на меня и поезжай в город Халаб. Тамошний кадий собрался в Каабу, и ему нужен мул. Не продавай меня до тех пор, пока он не заплатит сто плури, а как получишь деньги, иди своей дорогой.
Черт обернулся мулом. Человек сел на него верхом и проехал мимо ворот кадия. Мул был холеный, в ярких пятнах, иноходец. Слуги кадия окликнули всадника. Тот сказал, что готов продать мула. Слуги тотчас же пошли и доложили кадию. Заплатили тому человеку сто плури и забрали у него мула, Кадию мул очень понравился, до того ему полюбился, что кадий приказал привязать его тут же, перед домом.
Спустя два или три дня разошлись как-то слуги по своим делам. Кадий с восторгом поглядывал на своего мула. Мул скинул недоуздок и оказался на свободе. Поблизости стоял рукомойник, и мул влез в кувшин.
Кадий стал кричать. Сбежались слуги, он все им рассказал. Те стали говорить:
— Кадий, видно, чего-то испугался и сошел с ума. Что он тут болтает? Как может мул влезть в кувшин, как может поместиться в нем?
Схватили кадия, долго его мучили и посадили на цепь. Кадий клялся:
— Не безумец я, говорю правду. Но кто стал бы его слушать? Сорок дней не давали ему спать. То заставляли плясать, то всячески терзали. Выбившись из сил, он сказал:
— Теперь я здоров.
Его отпустили. Сидел он как-то один, а мул высунул из кувшина ущи и тряхнул ими. Кадий закричал:
— Помогите! Он опять здесь.
Сбежались люди, схватили кадия и мучили его еще больше, чем в прошлый раз. Он снова сказал:
— Я здоров, теперь уже совсем здоров,
Его отпустили. Кадий сидел спокойно. Мул снова выставил уши из кувшина и тряхнул ими. Кадий сказал:
— Видеть-то я вижу, но ничего не скажу: боюсь, как бы не начали меня снова терзать.
— Тот кадий говорил правду. Он в самом деле видел мула, но никто ему не верил.
И я, подобно ему, вижу и говорю правду, по никто из вас меня не слушает. Что же мне делать? Рассказал ему Джумбер притчу:
70 КУЗНЕЦ ИЗ ШАМИ И ЧЕРТ
Был в городе Шами кузнец, который то и дело ругал черта. Черти обиделись и подстроили кузнецу ловушку. Один из чертей явился к нему в образе старика, привел
с собою юношу, сына своего, дал кузнецу двадцать плури и сказал;
— Выучи его твоему ремеслу.
Кузнец обрадовался, принял юношу в подмастерья и пообещал хорошенько его выучить.
Спустя два месяца черт обернулся хилым стариком, пришел к кузнецу, принес двести плури и сказал;
— Я очень состарился, силы мои на исходе. Вот тебе плата, возьми ее, переплавь меня и сделай из меня тридцатилетнего человека.
Кузнец помянул нехорошим словом черта и спросил:
— Разве человек может сделать такое? Но подмастерье сказал ему:
— Возьми деньги! Я сын литейщика и могу его переплавить.
Черт — мастер на всякую чертовщину. Скрутили они хилого старца, сунули в горн, обложили углями, развели огонь и стали раздувать мехи.
Старик кричал что есть мочи;
— Ой, горю, не сожгите меня!
Однако они продолжали раздувать мехи. Разве черта сожжешь? Прошло еще некоторое время, к вышел из огня мужчина лет тридцати.
Все очень изумились, и пошла молва:
— Этот кузнец такой мастер, он может переплавить двухсотлетнего старца в двадцатилетнего юношу.