— Я вижу, как ты пылаешь в объятиях других, с какой страстью отдаешься им, а я… А что я… Конечно, у меня совсем немного опыта, всего лишь пара раз было, и то с тобой, — последнее он произнес почти шепотом, но я услышала.
— Как? Ты был девственником? Я у тебя первая? — вот это открытие! Пока я размышляла над словами Менельтора, он смыл с меня пену, укутал в полотенце и уже собирался уходить.
Я подняла глаза, сбросила полотенце и почти приказным тоном произнесла:
— Возьми меня! Вот прямо как ты хочешь, не сдерживая себя, возьми меня! — заметив, что глаза мужа заблестели, я добавила:
— Я буду послушной девочкой!
Менельтор смотрел на меня с любопытством и о чем-то размышлял. Я же старалась направить его мысли в нужное русло. Опустившись перед ним на колени, я томно произнесла, глядя ему в глаза:
—Чего желает мой Господин?
Он подошел ближе, и я заметила, как его глаза загорелись. Однако он не знал, как поступить.
— Может быть, Господин позволит мне отблагодарить его? — спросила я с покорностью.
— Позволяю, — хрипло ответил Менельтор, с нескрываемым интересом глядя на меня.
Я приспустила его штаны и, к своему удивлению, обнаружила наполовину возбужденный член. Не мешкая, я взяла его в рот, нежно перекатывая языком уздечку. Затем я прошлась языком от основания до головки, нежно поглаживая яички, и услышала стон моего любимого.
Снова взяв его в рот, на этот раз глубже, я начала активно сосать, повторяя рукой движения, при этом не отрывая взгляда от глаз Менельтора. Он держал мою голову руками и подмахивал бедрами так резко и глубоко, что я начала задыхаться. Чтобы не испортить момент, я начала дышать носом.
Я почувствовала, что Менельтор вот-вот кончит, и он попытался отстранить меня, но я вцепилась в его бедра, давая понять, что проглочу все, что он мне даст.
После нашей игры Менельтор поднял меня на руки и снова понес в душ. Он целовал меня и благодарил за то, что я позволила ему вести себя так со мной.
Когда мы вышли из купальни, все мои мужчины уже были в спальне. Они сидели за столом, на котором была приготовлена еда к завтраку.
От разнообразия блюд у меня разбежались глаза, а мой желудок громко заурчал, подтверждая моё голодное состояние.
— Белла, давай переоденем тебя и сразу сядем завтракать, — сказал Менельтор, — ты сегодня слишком много потратила энергии!
Я прошла к гардеробной, повернулась в пол-оборота, склонила голову и томно произнесла: «Как скажете, мой Господин!» После этого, не оглядываясь, пошла переодеваться. В комнате наступила тишина, кто-то что-то уронил, кто-то поперхнулся. И только голос Адама заставил меня улыбнуться произведенному эффекту:
— И что это сейчас было? Господин? Вы во что-то играете, я тоже хочу!
Дальнейшие разговоры мужчин я уже не слушала, а поспешила одеться, так как и правда очень хотелось есть.
В гардеробной я решила надеть нежно-голубое легкое платье в пол с открытыми руками на тонких бретельках, с открытой спиной и неглубоким лифом. На ноги надела бежевые сандали-гладиаторы на каблуке.
Когда я вышла в комнату, там снова воцарилась тишина.
— Что? — спросила я.
— Ты прекрасна! — раздалось шипение сбоку, и меня притянул к себе зелёный хвост Ситариша. — Посидишь с нами сегодня за завтраком? — спросил он, пробуя воздух языком, как змея.
— Конечно посижу! — согласилась я.
Мы быстро позавтракали, выпили аналог земного «кофе» и вышли во двор.
— Кажется, у меня дежавю! — воскликнула я, любуясь красотой природы вокруг дома. — Всё ожило! — обрадовалась я и покрутилась вокруг себя.
— Конечно, ожило! Это ведь твоя магия жизни восстановила здесь магию! — Имми обнял меня за плечи и прижал к себе спиной.
Я была очень рада, что могу помочь этому миру. Он точно заслуживает любви во всех её проявлениях: будь то любовь к природе, к любимому делу, к семье и детям. Ведь любовь — это свет души, озаряющий всё своими лучами.