— Я как раз думала об этом, — Гермиона увидела, что глаза Дафны наполнились надеждой. — Если подвергнуть человека заклинанию Обливиэйт, он не будет помнить, что он делал, и тогда ни зелья, ни менталистика не смогут раскрыть диверсанта.
Мисс Грейнджер не стала уточнять, что она не только подумала об этом, но и осторожно проконсультировалась у профессора Снейпа. Один из лучших зельеваров Англии подтвердил, что Веритасерум вполне можно обмануть таким способом, но только если вопросы будут оставлять дилетанты. В аврорате работали не идиоты и умели вести допрос так, чтобы выявить провалы в памяти, если таковые имелись. Однако другого способа обойти зелье не смог предложить и сам «ужас подземелий». Судя по всему, Дафна тоже знала о крайней наивности такой версии, так что надежда в ее взгляде потухла так же быстро, как и вспыхнула.
— Муди явно что-то замышляет, об этом двух мнений быть не может, — теперь мисс Гринграсс выглядела гораздо лучше. — Еще до начала турнира его поведение казалось мне подозрительным, и я даже брала у Гарри карту Мародеров, чтобы проверить он ли это на самом деле.
Дафна ненадолго замолчала, явно готовясь чем-то удивить подругу, а Гермиона еще раз убедилась в предприимчивости девушки. Если уж мисс Гринграсс что-то задумала, то она найдет десяток способов реализовать свои идеи. Эта настойчивость в достижении цели наличествовала и у Гермионы, но ей порой не хватало решительности.
— Так вот, Грозный Глаз постоянно совещается о чем-то с Барти Краучем, — Дафна, наконец, поделилась информацией. — Я несколько раз по вечерам проверяла по карте его кабинет, и они сидели там.
— Но ведь Муди считается человеком Дамблдора, а Крауч сейчас его конкурент, — Гермионе подобная близость так же показалась неожиданной. — Конечно, они могли совещаться по поводу мер безопасности на турнире, ведь Грозный Глаз специалист в этой области.
— Что-то незаметно результатов их работы, — хмыкнула мисс Гринграсс. — Скорее, Муди почувствовал, куда ветры дуют, и решил перебежать к Барти. Мама тоже удивлена, что он не примкнул к Боунс, их идеи гораздо ближе друг к другу.
Мисс Гринграсс с головой окунулась в свою любимую тему — обсуждение политической борьбы в магической Англии. Волшебников было очень мало, и любая более-менее заметная фигура могла влиять на расклад сил. А Аластор Муди, безусловно, был известен большинству магов. И пусть мнение о нем было не однозначным, такой союзник был не лишним для любого из политиков.
— Может быть, они готовят ловушку для кого-то из бывших сторонников Риддла, например, Малфоя-старшего? — предположила мисс Грейнджер. — Ведь они оба известны тем, что не любят этих типов.
— Этого-то я и боюсь, — вздохнула Дафна. — Они займутся организацией хитроумных ловушек, принеся в жертву безопасность участников турнира. И учитывая везение Гарри, я не сомневаюсь, что на него и свалятся все шишки.
Девушки еще немного посидели, обсуждая, что они могут сделать для обеспечения безопасности их друга. К сожалению, кроме помощи ему в подготовке к испытаниям, других идей в головы двух прелестных рейвенкловок не пришло. Причем Гермиона подозревала, что Дафна волнуется не только о мистере Поттере, но и еще об одном чемпионе.
* * *
Самым большим недостатком в жизни магической Англии Гарри Поттер в данный момент считал отсутствие в нем общества по защите животных. Если бы борцы за права братьев наших меньших знали о произволе, какой творят волшебники, они ни за что не дали бы в обиду одного конкретного дракона. Но поскольку этих достойных людей поблизости не наблюдалось, Поттеру сейчас все же придется сразиться с этим эволюционным недоразумением, именуемым Венгерская хвосторога. Каждому чемпиону выделили персональное животное, и Гарри не удивился, что самый злобный вид дракона достался ему. Рейвенкловец привык, что если уж он влип в неприятности, то легкого пути для него не будет.
Организаторы турнира со своей извращенной любовью к драматическим эффектам первоначально планировали подменить одно из яиц в кладке драконихи артефактом, который чемпионам и следовало отобрать у рептилий, которые вряд ли были бы довольны таким покушением на их потомство. Можно было только представить, чем ярость дракона, защищавшего самую ценную для него вещь, могла обернуться для неосторожного вора. К огромной радости всех чемпионов, добрая фея в лице мадам Боунс сумела укротить разошедшеюся фантазию этих деятелей, и теперь яиц не было вообще, а артефакт находился за спиной дракона.