После душа настал сладостный миг знакомства с подарками, но сегодня Гарри не испытывал былой радости от этой приятной процедуры. Поттер, наконец, решился сделать шаг вперед в своих отношениях с Гермионой и выбрал для этого Рождество. Он был почти уверен, что мисс Грейнджер согласится превратиться из его друга в его девушку, но, тем не менее, испытывал определенное волнение, ведь представительницы прекрасного пола имели обыкновение реагировать самым непостижимым образом на вещи, касающиеся чувств. Так что надо было хорошенько подготовиться и желательно получить мощную моральную поддержку.
— Нев, ты не мог бы сегодня после завтрака отвлечь чем-нибудь Дафну? — обратился Гарри к другу, увлеченно разворачивающему свертки с подарками.
— Конечно, это не проблема, — улыбнулся Лонгботтом. — А что случилось?
Гарри набрался смелости и мужественно сжег мосты за спиной.
— Понимаешь, я хочу поговорить с Гермионой наедине, — Гарри непривычно замялся. — Ну, о нас с ней.
— Наконец-то! — Невилл удовлетворенно посмотрел на друга. — Мы с Дафной уже думали, что ты никогда не решишься.
Поттер с обескураженным видом смотрел на Невилла, пытаясь осознать его слова. Он так надеялся, что никто не заметит, что его чувства к Гермионе стали больше, чем дружескими, и вот такая засада! Неужели он так наивен, что все окружающие могут читать его эмоции.
— Ты хочешь сказать, что то, что я... влюбился в Гермиону, это не секрет? — тихо произнес Гарри, зажмуривая глаза в ожидании ответа.
— Для тебя, наверное, секрет, — ехидно заметил его товарищ. — А вот все остальные уже давно ждут, что вы официально станете парой.
— И ты думаешь, что Гермиона тоже догадывается? — Гарри почувствовал, как у него от страха пересохли губы.
— Лично я думаю, что твое предложение будет лучшим подарком для нее на Рождество, — Невилл крепко сжал плечо друга. — И не тушуйся, в мыслях я с тобой.
* * *
После завтрака у Дафны и Невилла внезапно нашлись срочные дела, и Гарри предложил Гермионе прогуляться с ним вокруг озера. Друзья оделись потеплее и медленно пошли по тропинке, ведущей к Хогсмиту. По дороге Гарри больше молчал, изредка произнося какие-то малоосмысленные фразы. Свернув на перекрестке, чтобы выйти на берег, Гарри, наконец, решился начать разговор, ради которого и затащил девушку в такую даль.
— Герми, ты знаешь, я давно хотел тебе сказать... — Гарри стоял прямо перед подругой, глядя ей в глаза, и старался уловить чувства подруги. Он немного замялся, не зная, как лучше начать, но потом понял, что тянуть больше нельзя.
— Гермиона, я прошу тебя стать моей девушкой! — решительно выдал он, отбрасывая все сомнения.
Теперь Гарри мучительно ждал ответа подруги, которая, опустив ресницы, казалось, о чем-то задумалась. Наконец мисс Грейнджер подняла на него свой взгляд, и в ее глазах он увидел радостные огоньки. Не говоря ни слова, Гермиона медленно потянулась к нему губами, явно ожидая от храброго рейвенкловца проявления решительности. Это было та картина, которая не раз вставала перед Поттером, когда он вечерами думал о Гермионе. И Гарри не надо было объяснять, что следует делать в такой ситуации. Хотя, разумеется, между знать и делать имеется некоторая разница. Гарри на секунду замешкался, но потом нагнулся к ней, и в этот момент в его мозгу выключился свет. Это был его первый поцелуй в его жизни, и он был просто восхитителен. Спустя минуту Гермиона, которой явно не хватало воздуха, слегка отодвинулась от него.
— М... так это было да, или нет? — в голове Гарри все еще царил сумбур.
— Мне достался такой непонятливый партнер? — улыбка Гермионы заставила шевелиться даже волосы на голове у мистера Поттера.
— Ну да, ему надо все повторять несколько раз, — Гарри наклонился к ней, и его губы вновь встретились с губами Гермионы. Поттеру захотелось, чтобы объяснения его подруги продолжались как можно дольше.
* * *
Целый день Гарри провел, витая мыслями в облаках. Его переполнял восторг — сегодня он признался в любви Гермионе и убедился, что его чувства не были безответными. Мало того, сегодня же он поведет ее на бал уже не просто как партнершу. Поттер напрочь забыл об очередном испытании, благо на этот раз оно не представляло угрозы для чьей либо жизни и здоровья. А вот родители Гермионы представлялись ему в этот момент большей угрозой, чем десяток драконов. Когда они заметят, что их дочка и Гарри стали ближе друг к другу, то их реакция может быть непредсказуемой. Но мистер Поттер решил отбросить тревоги и положиться на свою удачу. У него теплилась надежда, что миссис и мистер Грейнджер не станут его убивать за то, что он посмел поцеловать их дочь, а если и побьют, то не очень сильно.