Правда, это так сложно — забыть о своих знаниях, ведь знание дает эго так много пищи. Эго желает властвовать над знанием. И когда я говорю, что ты должен забыть всю свою ученость и снова стать ребенком, я имею в виду, что тебе следует начать с той точки, где тебя сбили с толку раввин или священник. Ты должен снова туда вернуться.
Ты снова должен стать невинным и необразованным, как чистый лист, чтобы у тебя опять могли появиться вопросы. Снова оживает дух исследования, и тогда ты не сможешь жить как растение. Тогда жизнь становится путешествием, приключением.
В прошлые времена во всем мире люди были язычниками, они просто поклонялись природе. Не существовало понятия греха, вопрос о вине не ставился. Жизнь принимали такой, какая она есть. Не было никаких оценок, никаких интерпретаций, разум еще не вмешался.
Как только начинает вмешиваться разум, возникает суждение. Как только разум выходит на сцену, начинается разделение, человек становится разобщенным. Тогда ты начинаешь осуждать какую-то часть своего существа — одна часть возвеличивается, а другая принижается, и ты теряешь внутреннее равновесие. Но это должно было случиться, разум должен был пробудиться, это — часть роста. Как и с каждым ребенком, это должно было произойти со всем человечеством.
Когда ребенок рождается, он — язычник. Каждый ребенок язычник от рождения, он счастлив быть таким, каков он есть. У него нет представлений о том, что хорошо и что плохо, у него нет никаких идеалов. Критерии, суждения — всего этого у него тоже нет. Когда он голоден, он просит есть. Если хочет спать, засыпает. Мастера дзэн говорят, что это проявление наивысшей религиозности — есть, когда голоден, и спать, когда клонит в сон. Не вмешивайся — пусть жизнь идет своим ходом.
Каждый ребенок рождается язычником, но рано или поздно он теряет свою непосредственность. Это часть жизни, это должно случиться. Это часть нашего роста, взросления, часть нашей судьбы. Ребенок должен потерять и обрести это вновь. Когда ребенок теряет это, он становится обычным, приземленным. Когда же эта способность возвращается к нему, в нем рождается религиозность.
Детская невинность стоит дешево, это подарок от Мироздания. Мы его не заработали, и мы непременно теряем его. Только потеряв, мы осознаем, чего лишились. Тогда мы начинаем поиск. И только когда мы ищем это, зарабатываем, достигаем, становимся этим, только тогда мы понимаем огромную его ценность.
Я всегда, с самого детства, чувствовал, что во мне обитает много людей. Что Ты можешь об этом сказать?
Каждый человек рождается единой целостной личностью. Но к тому времени, как он готов вступить в активную жизнь, внутри него поселяется целая толпа. В том, что ты чувствуешь, нет ничего особенного, это случается почти с каждым. Единственная разница в том, что ты понемногу осознаешь, что происходит внутри тебя. И это хорошо. А многие люди этого просто не понимают.
Если ты просто посидишь в тишине и прислушаешься к своему сознанию, ты услышишь много голосов. Ты удивишься, тебе будет легко узнать эти голоса. Вот слышен голос твоего дедушки, а вот — твоя бабушка, там говорит твой отец, а здесь — мать. Другие голоса принадлежат священнику, учителю, соседям, твоим друзьям и врагам. Все эти голоса создают внутри тебя невообразимый шум, и если ты захочешь услышать твой собственный голос, это будет почти невозможно — уж очень большая вокруг суматоха.
По существу, ты давным-давно забыл свой собственный голос. Ты никогда не был достаточно свободен для того, чтобы высказать собственное мнение, тебя всегда учили послушанию. Тебя учили говорить «да» всему, что исходило от старших. Тебя учили, что ты обязан повторять все, что делают твои учителя или священники. Никто и никогда не говорил тебе, чтобы ты искал свой собственный голос. А есть ли он у тебя вообще — свой голос? Итак, твой голос оставался неслышим, а другие голоса звучали громко, они командовали. И поскольку они отдавали приказы, ты эти приказы выполнял — вопреки себе самому. Ты не собирался им следовать, ты же видел: «Это не есть хорошо». Но для того, чтобы тебя уважали, чтобы тебя принимали и любили, ты должен был стать послушным.
Конечно же, внутри тебя не хватает только одного голоса и одного человека — тебя самого. Вообще-то там целая куча людей, и все они ежеминутно сводят тебя с ума, ведь один голос говорит: «Делай так!», а другой ему возражает: «Никогда так не делай! Не слушай этот голос!» И тебя разрывает на части. Всю эту толпу нужно ликвидировать. Ей нужно сказать: «А теперь, пожалуйста, оставьте меня в покое!» Люди, которые уходили в горы или поселялись в глухом лесу, убегали не от общества; они пытались отыскать местечко, где можно было бы разогнать их внутреннюю толпу.