Не бывает степеней округлости, круг есть круг, и не нужны никакие «более» или «менее». Неповторимость есть неповторимость, она не бывает «более» или «менее». Ты уже неповторим. Человек понимает это лишь тогда, когда он готов стать обыкновенным. В этом парадокс. Но если ты понимаешь, то нет никаких проблем, есть парадокс, и отлично. Парадокс — не проблема. Кажется, что это проблема, если ты не понимаешь; а если понимаешь, то это прекрасно, тут кроется тайна.
Стань обыкновенным — и ты станешь неповторимым; попробуй стать неповторимым — и ты останешься обычным.
Пожалуйста, расскажи, в чем разница между заурядностью и посредственностью.
Посредственность — это общее состояние человечества. Это недостаток разумности. Никто не хочет, чтобы ты был умным, ведь чем ты умнее, тем сложнее тебя использовать. Все заинтересованы в твоей посредственности. Посредственный человек похож на дерево, у которого все время подрезают корни и поэтому оно не может расти. Посредственность никогда не узнает, что такое самореализация, когда человек расцветает. Но это обычное положение вещей. А для того, чтобы посредственность оставалась посредственностью, в ее голову нужно вбить одну странную мысль о том, что она — сама исключительность.
Георгий Гурджиев рассказывал такую историю:
Жил на свете один пастух, он был волшебником, а еще у него было много овец. И вот что он придумал, чтобы овцы не убегали в лес, где их могли съесть дикие звери. Он всех овец загипнотизировал и сказал: «Вы не овцы, вы — львы». С этого дня овцы стали вести себя как львы.
Посредственный человек поднимет бунт против посредственности, ведь она уродлива. Но общество разными способами дает человеку ощущение собственной неординарности. Поэтому очень трудно отыскать человека, который бы в глубине души не верил в собственную исключительность, в то, что он единственное дитя Господа. Может, он об этом и не скажет, ведь ему известно, что бывает, когда кто-то заявляет, что он единственный сын Божий. Тогда тебя наверняка ждет распятие, а вот воскресение — не факт, никто не знает, было оно на самом деле или нет. Вот человек и прячет все это в себе. Это помогает ему сохранить свою посредственность. Если он понимает, что посредствен, то само это понимание посредственность разрушит. Такое понимание — это огромный прыжок к осознанию.
Заурядный, обыкновенный человек — это естественный человек. Природа не создает людей «особенных». Она создает неповторимых людей, но не особенных. Каждый человек неповторим по-своему.
Огромная сосна и маленький розовый куст — что выше? Сосна никогда не хвастается, что она выше, да и розовый куст не говорит: «Ты можешь быть выше, но где же твои розы? Настоящая высота — в розах, их аромате, в цветении. Чтобы возвышаться, одной высоты недостаточно». Но нет, розовый куст и сосна мирно растут рядом, и не бывает между ними ни ссор, ни соперничества. Просто оба понимают, что они — часть одной природы.
Когда я говорю о заурядности, я подчеркиваю, что нужно отказаться от идеи о собственной незаурядности. Это она делает тебя посредственностью. Самое яркое проявление неординарности — это быть обыкновенным. Просто загляни в себя. Это очень болезненно, невыносимо больно принять то, что ты ничем не выделяешься. А теперь смотри, что происходит, когда ты принимаешь идею о собственной заурядности. Как будто с твоих плеч падает тяжкая ноша. Внезапно ты оказываешься на свободе, ты — настоящий.
У заурядного человека есть неповторимость, простота, скромность. Благодаря своей простоте, скромности, неповторимости он на самом деле стал необыкновенным, но даже не догадывается об этом.
Вот у таких скромных людей, которые приняли то, что они обычные люди, как и все, — ты увидишь в глазах свет. Ты увидишь изящество в их движениях. Они не будут соревноваться с кем-то, не будут ловчить. Они не пойдут на измену. Они не станут фальшивить, не будут лицемерить.
Если ты — обыкновенный человек, зачем тебе быть лицемером? Ты можешь открыть свое сердце любому, ведь ты ничего из себя не изображаешь. Ты начинаешь секретничать, когда кем-то притворяешься. Ты переполнен чувством собственной значимости. Ты можешь говорить об этом, можешь молчать, но из-за твоего лицемерия, твоих масок ты надуваешься все больше и больше. Это болезнь.