В последние дни им никто не давал покоя. Постоянные советы, переговоры с драконами, организация коронации для всего народа Иридаса. Декаар был готов сорваться на любого, кто хоть слово не так скажет или сделает лишнее движение. Даже в своем кабинете он более не чувствовал себя уединенно.
Когда он предупреждал о том, что может быть жестче Азария, на это особо не обратили внимания. И зря. После разделения сфер влияния, долгих обсуждений, что отныне будет доступно королю, Декаар показал, что всегда сдерживал себя по отношению к другим. Идти против его воли не то что боялись, но даже и не смели думать. Высказывать несогласие допускалось только в вопросах, которые выносились на общее обсуждение. И только Исаура могла себе позволить в любой момент перечить дракону.
Их отношения на удивление складывались более чем хорошо. Они понимали друг друга, обладая непростыми характерами и довольно внушительным багажом темного прошлого. Теперь колдунья стала неприкосновенна. Ее охраняли еще тщательнее и редко позволяли пойти куда-то одной. Пожалуй, это было единственное, в чем ей не удалось достигнуть компромисса с Декааром.
— Уменьши количество стражи вокруг меня, — в очередной раз затронула она больную для них обоих тему.
Мужчина поднял тяжелый взгляд на девушку, что сидела в кресле напротив, до недавнего времени записывающую что-то в очередную книгу. Она своего взгляда не отвела, готовая посоперничать с будущим супругом.
— Нет, — сказано это было таким тоном, что любой другой не посмел бы спорить, но колдунья лишь плотно сжала губы в тонкую полоску и сжала подлокотники кресла.
— Это не нормально, что меня окружает десяток драконов. В Райаре для меня нет столь большой угрозы, чтобы стоило приставлять ко мне такое количество.
— Пока здесь делегация драконов, ты будешь ходить в окружении этого десятка драконов, скажи спасибо, что их не больше.
Она уже собралась возразить, как задумалась над тем, что именно сказал Декаар.
— Значит, когда делегация уедет, ты уберешь некоторых от меня?
— Возможно. Пока не решил.
Она шумно выдохнула и откинулась на спинку. Сейчас дракон ее раздражал, впрочем, это стало частым явлением в последнее время. Его опека выходила за грани разумного. Мевира только защищала своего господина, объясняя, что он слишком привязан к Исауре и боится потерять ее. Асария откровенно посмеивалась, пока рядом не возникал Декаар. Колдунья уже собралась надавить на то, что она не может ни с кем комфортно общаться, но ее прервали стуком в дверь.
В кабинет заглянул секретарь Декаара, который служил ему, пока тот был еще главным советником при короле. Мужчина сообщил, что у короля просит аудиенции одна из женщин, что прибыла с Караадом. Всего одним вопросом дракон понял, что с ним хотела встретиться его мать.
За то время, что делегация драконов пребывала в замке, он с ней так ни разу и не поговорил. Он отказывал в каждой встрече, уходил, как только появлялся намек на то, что они могут остаться вдвоем. Исаура не вмешивалась. Она прекрасно понимала, что значит предательство, каким бы оно ни было. А прощать такое никто из них не умел.
— Приведите ее.
Исауру удивили его слова. Она думала, что он до последнего будет избегать общения с матерью. Выпрямившись и поправив платье, колдунья замерла, глядя на дверь. Ее руки непроизвольно легли на живот, будто она боялась, что женщина, которую Декаар ненавидел, может причинить вред ребенку.
Когда она появилась на пороге кабинета, Декаар даже не подумал оторвать взгляд от бумаг перед собой. Она неуверенно переступала с ноги на ногу у двери, будто сомневаясь, что вообще с ней кто-то будет разговаривать, хоть и позволили пройти. И все же стоило ей сделать шаг, как Декаар поднял голову. От взгляда дракона даже у Исауры пробежался холодок по позвоночнику, но она не шелохнулась.
— Ты хотела моей аудиенции, я тебя слушаю, — сцепив руки в замок, он положил их поверх всех бумаг.
— Я думала, ты погиб, — она не смела садиться в свободное кресло, что стояло напротив Исауры. — И рада, что это не так.
— Странно слышать это от той, что отреклась от своей семьи, — холодно отозвался Декаар, — от своего сына и супруга, наблюдая за тем, как его казнят.
— Возможно, я была не права, когда так поступила, — она судорожно выдохнула и опустила взгляд, — но я испугалась Менара и его мощи. Я думала только о том, что он убьет всех, кто не преклонит перед ним колено.
— Твой муж бы защитил тебя. А твой выбор стоил ему жизни. Скажи мне, ты хоть раз пожалела о том, что сделала?