Далее, то, что нам кажется твердым и плотным, должно бытьСомкнуто тесно в частицах своих составных непременно,И наподобие веток должны тут частицы сцепляться.В этаком роде алмазные камни должны меж другимиПервое место занять, не страшась никакого удара;Далее, дюжий кремень и могучая твердость железа,Медь, наконец, что призывно звучит у входной нашей двери.
Те вещества, что по свойствам природным текучи и жидки,Все состоят из частиц главным образом гладких и круглых.Эти частицы не держатся кучей, сцепившись взаимно,Но по наклонности катятся вниз своевольно и быстро.(Так же легко, как вода, рассыпаются семечки мака.)Все, что в мгновенье одно у тебя на глазах исчезает, —Дым например, облака и ползучий огонь, – несомненноНе состоит из частиц, вполне гладких и круглых по форме,Но также не из изогнутых, спутанных между собою,Так как они и сквозь скалы проходят и тело язвят нам.Также не цепки они наподобье того, что мы частоВидим в репейниках. Так что ты должен легко согласиться,Что не изогнуты в виде крючков эти тельца, а остры.
Есть вещества еще горькие, вместе с тем жидкого вида;Влага морская к примеру. Но ты удивляться не должен.Правда, что жидкость из тел составляется круглых и гладких,Влага же моря содержит частицы, противные чувству,Но для того крючковатыми быть не должны они вовсе.Эти частицы хоть круглы, но вместе с тем также шершавы;Могут катиться они и язвить одновременно чувство.Чтоб показать, как частицы шершавые с гладкими вместеСмешаны в жидкости, что составляет стихию Нептуна,Способом верным мы выделить можем одни и другие.Влага морская становится сладкой и пресной по вкусуТам, где сквозь толщу земли проникает она в водоемы, —Там, под землей, свои горькие части вода оставляет,Так как последним легко зацепиться в неровностях почвы.
К этим моим положеньям считаю я долгом прибавитьТо, в чем находят они подтвержденье. Формы зачатковЛишь до предела известного разнообразиться могут.Если бы этого не было, существовали б зачаткиНекие, что необъятных размеров могли бы достигнуть.Вследствие малых размеров своих родовые зачаткиНе допускают большого числа изменений в фигурах.Предположи, что первичные тельца в себе заключаютЧасти мельчайшие, – три например или несколько больше, —И вслед за этим попробуй на разный их лад переставить,Сверху и снизу, то слева направо, то справа налево.Перестановки исчерпав вполне, ты узнаешь оттуда,Что за фигуры из этих частей ты сложить в состояньи.Если ж ты далее разнообразить фигуры желаешь,Должен ты новые части прибавить к телам, а отсюдаЯвствует, что чем значительней разнообразие будетТелец первичных, тем более новых частей к ним пристанет.Но ведь подобное образованье фигур за собоюВечно влечет возрастание тел; потому ты не думай,Будто бы разнообразие форм бесконечно в зачатках.Иначе должен ты в них допустить непременно размерыЧрезвычайно большие, чему не найдешь подтвержденья.
Ткани тогда берберийские и мелибейский блестящийПурпур, окрашенный в цвет фессалийских ракушек багровый,И золотые павлиньи хвосты без вниманья б остались,Красками новых вещей превзойденные очень далеко.Цену утратили б запахи мирры и сладости меда;Песнь лебединая, как и стихи вдохновенные лирыФебовой, смолкли б тогда под влиянием той же причины,Так как являлись тогда бы все новые, лучшие вещи.
В том же порядке могло б подвигаться и все к ухудшенью,Все равно как бы могло без конца к совершенству стремиться,И появлялось бы нечто такое, что больше и большеНашим претило глазам и ушам, обонянью и вкусу.Но не случается этого. Держатся вещи в границах,Определенных заране, и нужно признать непременно,Что ограничена точно в материи разница видов.