Люди затем изготовили шкуры, жилища, добылиСилу огня, и слились тогда муж и жена воедино.Стали известны им в браке утехи любви непорочной,И они видеть могли, как от них возникает потомство.Только тогда человечество стало немного смягчаться.Тело стараньем огня восприимчивей к холоду стало,И недостаточной стала казаться небесная кровля.В людях Венера ослабила мощь. От родительской ласкиДети легко потеряли суровые склонности духа.Начали также и дружбу завязывать те, у которыхБыли соседи: не стали чинить ни вреда, ни насилий.Голосованием жен и детей оградили защитойИ выражали движеньями всякими и лепетаньем,Что состраданье должно быть оказано всем слабосильным.Правда, еще не меж всеми согласие установилось,Все ж наибольшая, лучшая часть договоры хранила.Иначе род человеческий был бы тогда уничтоженИ не довел бы до нынешних дней размноженья потомства.
По побужденью природы язык стал различные звукиПроизносить, при нужде выражая названья предметов.Невелико тут различие с тем, что и ныне мы видим.Именно: немощность речи детей заставляет прибегнутьК телодвижениям и на предметы указывать пальцем.В каждом живет ведь сознание свойств, ему в пользу служащих.Раньше еще, чем на лбу у теленка рога вырастают,Пробует он их во гневе и ими грозит в раздраженьи;А у детенышей хищного барса и льва в оборонеЛапы и когти пускаются в ход и укусы, хотя быТолько едва вырастать у них начали когти и зубы.Мы наблюдаем затем еще, как доверяются птицыКрыльям своим и как в крыльях трепещущих ищут спасенья.
Предполагать, что один кто-нибудь дал названья предметамИ что оттуда уж люди узнали впервые слова все, —Было б безумно. Как мог бы один человек обозначитьВещи все голосом и расчленять языком своим звуки,В то же время все прочие делать того не умели?Если б другие притом не умели в сношеньях друг с другомСлов применять, то откуда б явилось познанье об этом?И из чего бы в одном человеке возникла способностьВолю свою выражать, чтоб другие его понимали?Нет, человек тот единственный не был бы в силах принудитьТолпы людей к повторению данных предметам названий;И никакими судьбами не мог бы глухих научить он,Что нужно делать им. Этого не потерпели бы люди,И никогда они не допустили бы, чтобы кто-либоСмел непонятными звуками обеспокоить их уши.И, наконец, почему удивительным может казаться,Что человечество, голосом и языком обладая,Под впечатлением разным отметило звуками вещи,Если скоты бессловесные даже и дикие звериЗвуками разными и непохожими кликать привыклиВ случаях тех, когда чувствуют боль, опасенье и радость?Все это можно легко наблюдать и в действительной жизни.Так, когда злые молосские псы24, мягкий зев свой отверзнув,Твердые зубы оскалив, рычать начинают во гневе,То, пока ярость их сдержана, звуком иным нас пугают,Нежели тот, когда лают вовсю, оглашая окрестность,Или когда языком они нежно щенят своих лижут,Или, отбросив их лапами, делают вид, что желаютПастью ужасною их поглотить и кусать их зубами, —В случаях этих визжание мирное псов тех несхожеС воем протяжным, когда остаются одни они дома,Или же с криком, когда, изогнувшись, бегут от ударов.Далее, разве не видим мы, как отличается сильноРжанье коня молодого в цветущих годах его жизниВ пору, когда разъярится он, шпорой любви возбужденный,И когда ржет от других он причин, содрогаясь всем телом,Или когда он, расширивши ноздри, в сражение мчится?И наконец, и пернатое племя, различные птицы:Коршуны или морские орлы и нырки, что на мореВ волнах соленых добычу и пищу себе промышляют.Разные звуки они испускают в различное времяВ драке друг с другом за пищу и в споре с врагом о добыче.Частью у птиц изменяется голос согласно с погодой.Так, например, у грачей долговечных – охрипшие крики,Или же карканье стаи вороньей, когда, по рассказам,Просит дождя она и накликает и ветер и бурю.Стало быть, если различные чувства легко могут вызватьУ бессловесных зверей издавание звуков различных,То уж тем более роду людей подобало в ту поруЗвуками обозначать все несхожие, разные вещи.Чтобы в вопросах таких про себя не скрывал ты сомнений,Знай, что огонь человеку принесен на землю впервыеМолнией и от нее растеклась уже пламени жгучесть.Видим мы, что загораются часто от молний небесныхМногие вещи, когда с высоты ударяет в них пламя.А когда ветра порыв, потрясающий слабые ветви,Бесится и нагибает деревья одно на другое,То от их сильного тренья огонь выступает наружу,По временам даже пламенем ярким сверкают деревья,Если стволы их и ветки, друг с другом запутавшись, трутся.Оба явленья могли бы огонь человеку доставить.Солнце затем научило и пищу варить, и припасыДействием жара мягчить, так как видели люди, что в полеМногое мякнет, влиянью тепла и лучей уступая.Люди, которые были богаче умом, даровитей,С помощью новооткрытых вещей и огня научалиИзо дня в день изменять первобытную жизнь и питанье.Стали затем города воздвигаться; цари стали строитьКрепости, чтоб находить в них убежище и оборону.Скот и поля были разделены, и досталось на долюКаждого то, что по силе, лицу и уму подобало,Так как ценилась тогда красота и важна была сила.После того установлена собственность, найдено злато,А вместе с тем и значенье красивых и сильных упало.Сильные и наделенные отроду телом прекраснымБольшею частью идут куда хочешь вослед за богатым.