Из серебра и из золота люди их делать пытались,Прежде чем стойкие силы использовать меди могучей.Но понапрасну. Такие металлы легко поддавалисьИ не могли равным образом вынести грубой работы.Медь же ценилась дороже тогда. Бесполезное златоБыло в полнейшем презрении, так как легко притуплялось.Ныне же медь малоценна, а золото в высшем почете.Так изменяет течение времени ценность предметов.То, что когда-то ценилось, теряет впоследствии ценность.Нечто другое за этим выходит из пренебреженья;С каждым днем вещи другие являются и, достигаяСлавы большой, у людей получают огромную важность.Ныне тебе я скажу, как открыта природа железа;Мог бы ты это и сам без труда объяснить себе, Меммий.Прежде служили оружием руки могучие, ногти,Зубы, каменья, обломки ветвей от деревьев и пламя,После того как последнее сделалось людям известно.После того была найдена медь и порода железа.Все-таки в употребленье вошла прежде медь, чем железо,Так как была она мягче, притом изобильней гораздо.Медным орудием почва пахалась, и медь приводилаБитву в смятение, тяжкие раны везде рассевая.Скот и поля похищались при помощи меди; легко ведьВсе безоружное, голое повиновалось оружью.Начали мало-помалу мечи из железа коваться,Вид же оружья из меди в людях возбуждать стал презренье.В это же время и землю возделывать стали железомИ при войне с неизвестным исходом равнять свои силы.
Ранее люди умели лишь сесть на коня, удиламиЛевой рукой управляя, а правой сражаясь, доколеНе испытали опасность воины в колесницах двуконных.Ездили прежде на парных они колесницах, а послеСтали две пары впрягать и снабжать колесницы клинками.Пуны затем приучили уродливых тварей луканскихС хоботом, с башней, к спине прикрепленной, нести пораженьеИ приводить в замешательство грозные полчища Марса.Вот каким образом вследствие ужасов вооруженьяМало-помалу возникла вражда в человеческом родеИ увеличились беды войны, с каждым днем возрастая.Были попытки к сраженью рогатых быков приспособитьИ на врагов насылать стаю вепрей, к тому приученных.А пред собою парфяне и львов высылали могучихПод руководством свирепых и вооруженных вожатых,Кои могли бы зверей укротить и сдержать их цепями.Тщетны усилья людей. Разъярившись от бойни взаимной,Лютые звери вносили смятенье в полки без разбораИ потрясали повсюду лохматою страшною гривой.Всадники были не в силах своих лошадей успокоитьОт перепуга и их на врагов направлять удилами.Львицы взбешенные дико кидались на все и прыжкамиТо нападали в лицо на людей всех, навстречу им шедших,То неожиданно с тылу терзали, причем наносилиРаны двойные врагам, ниспровергнутым ими на землю:Частью зубами могучими, частью кривыми когтями.Также быки убивали своих и топтали ногамиИли рогами бока и живот лошадям пробивалиИ, угрожая свирепостью, их повергали на землю.Дикие вепри сражали клыками товарищей битвы.Кровью своей обагряя торчащие копий обломки,В бешенстве гибель несли они всадникам и пехотинцам.Но совершенно напрасно пытались ретивые кониСтрашных зубов избежать тем, что прыгали в сторону быстроИли вздымались на дыбы. У них подсекалися жилы,И всею тяжестью тела они упадали на землю.Так среди пыла войны, среди ран, восклицаний, смятенья,Бегства и ужасов всяких других возбуждались те звери,Кои в дому почитались вполне укрощенными раньше.Сил никаких не хватало их собрать куда-нибудь вместе,Так как вразброд разбегались животные разной породы.Будучи ранены, твари луканские даже и нынеВ бегство пускаются, гибель своим же войскам причиняя.Так поступали тогда. Но с трудом лишь я верю, чтоб людиБыли не в силах предвидеть умом и предчувствовать ясно,Сколь велики были общее зло и грядущие беды.Можно бы было скорее подумать, что ужасы этиСозданы в разных мирах, порожденных на разных началах,Чем на едином земном нашем круге, на месте известном,Но не в надежде врагов победить воевали так люди,А из желанья врагам повредить лишь, хотя бы погибнув;Из недоверья к числу своему и из нужды в оружье.