— Хорошо, Сир, — произнёс ГРАФ. — А какова будет моя роль при вашем дворе?
— Вы что, проверяете мою память? Я уже назначил вас Главнокомандующим всех вооруженных сил. Пока, конечно, только на этом Острове, а там, — посмотрим. Я думаю, этой должности вам пока будет достаточно. Да, и присваиваю вам звание Маршала!
ГРАФ расцвёл на глазах:
— Спасибо за оказанную честь, Сир!
— О, чуть не забыл, — добавил я. — Для увеличения мобильности пехоты и недопущения усталости на марше предлагаю оснастить её большими вместительными повозками. В каждую следует посадить человек пятнадцать-двадцать. Эти же повозки, опрокинутые на бок и соединённые вместе в одно оборонительное кольцо, в случае чего, послужат хорошим прикрытием, будут этакой мобильной мини крепостью. Двигаться следует быстро, сразу же направимся в Столицу и овладеем ею. Благо, она вся в руинах, укрепления разрушены, центрального руководства нет, в умах смута, все отсиживаются пока по домам и замкам. Там, в моей славной Столице, и сделаем пока основную Ставку!
— А достаточно ли для осуществления Ваших замыслов тех сил, которые Вы собираетесь применить, Сир, — осторожно спросил ГРАФ. — А если всё-таки Вам окажут сильное сопротивление?
— Думаю, что достаточно… — весело ответил я. — Не забывайте о ЗВЕРЕ! Он стоит тысяч бойцов! Ну, а если что-либо пойдёт не так, то у нас, на всякий случай, должен иметься наготове постоянный мобильный резерв в пять-шесть тысяч воинов. В случае чего они придут на подмогу! А вообще, с помощью ЗВЕРЯ я некоторое время продержусь против любого войска. Кстати, я вдруг сегодня подумал, а что если АНТР будет сражаться в состоянии невидимости, или переходить из одного состояния в другое? Как вообще, в таком случае, с ним можно справиться? Это же ужас! Никакие сети, засады, ямы и завалы не помогут!
Я снова глубоко задумался…
— Сир!?
— Что?
— Сир!
— Ах, да…Честно говоря, я бы вообще отправился в этот поход один со ЗВЕРЕМ, но как-то это не совсем солидно для Императора… Всё-таки, нужно какое-то более-менее приличное войско, достойное сопровождение… Необходимы придворные. А дамы!? Как же без них!? Следует иметь всякие там знамёна, штандарты, трубы, горны, волынки, ну, и тому подобное! Как же без труб и знамён!? Без них никак нельзя! Антураж подчас важнее сути происходящего действия. Короля делает свита, знаете ли…
— Вы совершенно правы, Сир, — согласился ГРАФ. — А кто возглавит в наше отсутствие резервные войска? У меня имеется несколько достойных кандидатур, ну, например, брат моей жены.
— Ну, нет! — усмехнулся я. — Обойдёмся без кумовства. Для того, чтобы не вносить смуту в наши пока ещё стройные ряды, считаю целесообразным назначить командиром резервной армии, сосредоточенной в каком-то одном месте, а лучше в двух-трёх местах, кого-либо со стороны, ну, например, БАРОНА. Пусть он пока совмещает две должности. Человек он опытный, рассудительный.
Мои судьбоносные для будущей Империи размышления внезапно прервала запыхавшаяся и раскрасневшаяся ГРАФИНЯ.
— Сир! Не хотите ли пригласить даму на танец?! Ах, какой замечательный бал, как давно я не веселилась!
Ну до чего же хороша, — моя милая и юная бестия! Глазки цвета изумруда сияют. Волосы растрёпаны, щёчки пылают, грудь в глубоком декольте волнительно вздымается в такт учащённому дыханию! Ах, какие тонкие и длинные пальчики! Ах, какая нежная шейка! Ах, какая упругая и соблазнительная попка! Прелесть, просто прелесть!
— Милая, я бы с большим удовольствием! Но, к великому сожалению, я не танцую! Увы… Ну, не совсем чтобы не танцую, но танцам Первого и Второго Островов не обучен. Моё Королевство несколько отличается от ваших. Другая, знаете ли, культура. Чуть попозже вы со мною, надеюсь, позанимаетесь. А пока веселитесь, веселитесь, милая! Вон сколько вокруг галантных кавалеров! Кстати, как там себя чувствуют наши уважаемые ГЕРЦОГ и МАРКИЗ?
ГРАФИНЯ усмехнулась, сверкнула глазками, фыркнула, надула губки, залпом выпила бокал вина и покинула нас.
— ГРАФ, какая, однако, у вас очаровательная племянница. Просто прелесть! — весело произнёс я.
Мой собеседник вдруг погрустнел, опустил голову.
— Ах, Сир! Я так горюю по своему брату и его семье. Какое несчастье!
— Да, сочувствуя вам. Ничего, придёт время, и мы разберёмся со всеми нашими недругами!
Между тем, пир медленно, как догорающая свеча, угасал. Постепенно зал пустел. Придворные непременно подходили ко мне и откланивались. Вскоре все разошлись по гостевым комнатам. За столом остались сидеть только я и ГРАФ. Его жена покинула нас в полночь, сославшись на мигрень.