Боже мой, как я жажду солнца и моря! Если бы зима воплотилась в какое-нибудь реальное одушевлённое существо, ну, например, в злобных кабана, то клянусь, я при поддержке ЗВЕРЯ разорвал бы его за несколько минут на множество кусков и сожрал бы их, не подавившись! А так, ну что можно поделать с этим серым пасмурным небом, пронизывающим ветром и мерзопакостным снегом с дождём!? Ничего, к сожалению! Терпение, Император, терпение, и ещё раз — терпение!
Я и сопровождающие меня лица, скользя, чертыхаясь и выражаясь иногда не совсем прилично, спустились, наконец, к подножию холма. Там нас ожидали лошади и кареты. Свита и охрана вслед за мной бодро двинулись в сторону окраин, туда, где виднелись немногочисленные и чудом уцелевшие дома Столицы Второго Острова.
Королевство стало моим всего за пару месяцев. Неплохо, совсем неплохо… Всё получилось проще, чем я ожидал. Никаких сражений, битв или хотя бы даже лёгких схваток! Что значит, — королевская кровь! Феодалы отринули прочь все свои споры, раздоры, амбиции и сомнения. Они, чувствуя мою силу и значимость, как бы нехотя, соблюдая достоинство, но всё же довольно быстро покорились мне. Какого-либо мало-мальски значительного сопротивления мне никто не оказал.
Народ в отношении моей персоны был повсеместно настроен крайне положительно и «ура» патриотично! Большая заслуга в этом принадлежала ГРАФУ и БАРОНУ. Они довольно грамотно организовали всеобщую пропагандистскую компанию, разослали своих гонцов во все Провинции Острова, наладили разного рода связь и связи. БАРОН, помимо этого, к моему удивлению быстро и эффективно оплёл страну разветвлённой агентурной сетью. Он, не покладая рук, трудился над созданием секретной службы, решительно и эффективно искоренял инакомыслие, даже допускал в этой деятельности, по моему мнению, некоторый перебор. Ну что же, в таких случаях лучше немного переусердствовать, чем недосмотреть! А вообще, я порекомендовал БАРОНУ очень осторожно обращаться со старым, как этот мир, принципом: «Лес рубишь, щепки летят». Рубить надо решительно и сильно, но с умом и без излишней траты материала!
ПОЭТ закончил написание первой части великой Поэмы под названием: «Власть, война и любовь», которая была немедленно внедрена в массы. Отрывки из неё распевали барды и менестрели по всему Острову. Поэма была посвящена темам конфликта небесных и земных сил, борьбы добра и зла, испытаний и великой любви. Смысл её заключался в следующем.
Жили-были в этом мире три могучих и бессмертных Короля, кои являлись помазанниками Божьими на земле. Но совершили они страшный грех. Ослеплённые гордыней, решили Короли стать равными Богу, который возмутился этим и поразил их огненными молниями. Два Короля погибли, а третий, перед этим вовремя раскаивавшийся и попросивший прощения у Создателя, уцелел. Бог в последний момент его простил, но лишил памяти о прежней жизни и повелел провести некоторое время в странствиях среди простого народа для постижения и осмысления своей обычной человеческой сущности.
И нарёк его Бог именем «ПУТНИК», и вручил ПОСОХ, и дал в спутники ЗВЕРЯ, и определил время для раздумий и постижения высшей истины. Во время долгих и тяжёлых странствий, душевных страданий и метаний ПУТНИК осознал свою сущность и предназначение, встретил Любовь и познал ту самую высшую истину! В чём она состоит — это тайна, которая будет немного позже открыта миру! А сейчас, следуя постигшему его божественному озарению, ПУТНИК по высшему велению снова воплотил в себе королевскую власть, которая должна простереться на все Три Острова, объединив их в одно единое целое! Это необходимо потому, что Острова ждут суровые испытания, и причиной их будут некие могучие враждебные силы, которые явятся извне. То ли с неба, то ли из пучины морской, то ли из просторов загадочного и грозного океана. Вкратце так…
Любви в поэме была посвящена целая глава. Над нею рыдали и знатные дамы, и торговки, и крестьянки. ПОЭТ придумал несколько блестящих сюжетных ходов, которые держали читателей и слушателей в постоянном напряжении. Поэма, как всякое заказное и ангажированное произведение, конечно же, немного отдавала бредом. Но мне она, в общем-то, понравилась, хотя и была, по моему мнению, несколько суховата, тяжеловата и напыщенна, страдала длиннотами. Ну, собственно, на то она и ПОЭМА, да ещё и созданная по указанию Императора! А, вообще-то, честно говоря, — полный бред!
Первыми слушателями этого, возможно бессмертного творения, явились я и ГРАФИНЯ. Мы с нею на несколько дней уединились в одном маленьком прелестном замке, расположенном на севере Острова, в глухих, заснеженных и прекрасных горах. Сюда и прибыл взволнованный ПОЭТ с радостным известием об окончании второй главы своего произведения. Читал он поэму после ужина, при свечах, под урчание и треск камина, под жуткое завывание снежной бури за окнами, что придавало вечеру неповторимый шарм, необычный колорит и исключительный романтизм.