— Любезный, да вы уже стали настоящим ресторатором. Статус вашего заведения явно подскочил не на один пункт. Так вы, оказывается, являетесь поставщиком моего Двора? Что-то давненько я не видел в нём старого доброго Звизгуна!
— Ваше Величество, производство сего напитка мною налажено в значительных количествах, конечно при строжайшем соблюдении качества. Склад полон. Но, пока, без Вашего милостивого соизволения, подкреплённого соответствующей бумагой, коею я давно жду, я рискую продавать Звизгун только в своём трактире, и то — нелегально, с оглядкой. Фискалы, знаете ли, не дремлют. Водочную монополию пока никто не отменял.
— А как же эти надписи на стене?
— Я их сделал вчера.
— Ай, да пройдоха! — засмеялся я. — Но обещание своё я помню, не беспокойтесь. ПОЭТ, а где наш писарь?
— Неподалёку, Сир, как всегда… Кликнуть?
— Кликните… Пусть захватит все принадлежности. Ну, а пока суть, да дело, предлагаю лёгкий аперитив. Господа, прошу к столу.
Все расселись по своим местам. Я расположился во главе стола. Справа от меня сидели ГРАФИНЯ, слева — ШЕВАЛЬЕ, напротив него — Фрейлина. Через пару-тройку минут к нам присоединился ПОЭТ. Я также пригласил за стол и хозяина. При этом ШЕВАЛЬЕ, как и положено в таких случаях, слегка напрягся и нахмурился, но, поймав мой мгновенный и острый, как лезвие бритвы, взгляд, моментально расслабился и сразу успокоился.
— Господа, мой первый тост: «За дорогу, которую осилит только идущий!». Пьём до дна!
Я встал, держа в руке тонкую высокую хрустальную рюмку, наполненную до краёв Звизгуном, строго посмотрел на присутствующих, давая понять им, что тот, кто не увидит дна, будет приравнен к государственным преступникам. Все вскочили, подняли свои рюмки, и, явно не собираясь изменять Государю, с энтузиазмом залпом выпили. Я опрокинул свою рюмку последним, ощутил тонкий, неуловимый и волшебный вкус напитка, горячей волной растекающегося по пищеводу и желудку. Закрыл глаза. Крякнул. Как хорошо!
Потом я ощутил какую-то тревожную тишину вокруг, огляделся. Дамы стояли с выпученными глазами, полными слёз, и полуоткрытыми ртами. ШЕВАЛЬЕ, как человек бывалый и уже познавший все достоинства и прелести Звизгуна ранее, торопливо отправлял в рот огромный солёный гриб. ТРАКТИРЩИК просто с удовольствием нюхал кусок чёрного хлеба.
— Да что же это такое! Хозяин, наших милых дам надо было предупредить! — я мгновенно подскочил к ГРАФИНЕ, подцепил на вилку пучок квашенной капусты и запихнул её девушке в рот.
То же самое я незамедлительно проделал и с Фрейлиной. Они обе интенсивно задвигали челюстями. Некоторое время все сидели молча, жадно поглощая многочисленные закуски.
— Сир, что это такое было? — наконец произнесла слегка заплетающимся языком ГРАФИНЯ.
— Тот самый Звизгун. Напиток Императора, а значит, — и самого Бога, — сурово ответил я.
— Вот он оказывается какой, — этот Ваш Звизгун! Неплох, неплох… Я думаю, что нам следует повторить. Интересно, как он пойдёт под солёные огурчики? — весело произнесла девушка, сверкая глазками.
— Вы уверены, Ваше Сиятельство? — осторожно спросил ШЕВАЛЬЕ. — У меня уже имеется некоторый опыт общения с этим напитком. Опасная вещь, скажу вам, затягивает, как любовная страсть. Влечёт за собою непредсказуемые последствия. Может быть, изволите вина? У нашего хозяина неплохой погреб. Вот, например, рекомендую портвейн «То-То», или превосходное красное сухое вино из винограда Южной Долины.
— Хочу страсти! — захлопала в ладошки ГРАФИНЯ. — Хочу экстаза! Да здравствует Звизгун! Какое может быть вино?! Ах, — эта мерзкая кислая дрянь! Фу, я его никогда не любила. Пила для приличия. Наконец-то я нашла напиток, достойный Наездницы Горных Жеребцов!
— Ну что же, милая моя, — гулять, так гулять! Хозяин, а у вас имеются Горные Жеребцы? — весело спросил я.
— Сир, ну откуда они в здешних краях?! О чём Вы говорите!? Да и вообще, — пара их стоит столько же, сколько всё моё заведение.
— О, как!? — удивился я. — ГРАФИНЯ, так вы очень богатая дама!?
— Была богатой, Сир, была. А сейчас — бедная, сирая, гонимая безжалостной судьбой, бесприданница. Ни кола, ни двора!
— Ах, ты несчастная моя… Ничего, ничего, скоро будешь с приданным. Замок отремонтируем или восстановим, в зависимости от ситуации. Продадим несколько этих самых знаменитых жеребцов и найдём тебе достойного жениха.
После моих слов девушка вспыхнула, вскочила, подняла полную до краёв рюмку и произнесла: