— Спутники! — вдруг вспомнил я. — Спутники на орбите… Что же это такое!? Кстати, как там поживает мой добрый приятель МАГИСТР? Давненько его не было видно. А может быть, он никуда и не делся!? Наблюдает вот сейчас за мною каким-то образом, возможно, именно с небес, именно с этого самого загадочного спутника или посредством него. Ведь, как не крути, а вознёсся мой приятель туда уже дважды, и не было это ни наваждением, ни сном, ни иллюзией. Так может быть, виной всему — МАГИСТР?!
— Спутник, спутник, спутник… Что такое спутник!? — продолжал мучительно раздумывать я.
Мне в голову вдруг пришла неожиданная мысль. Если МАГИСТР поднимается в небо вверх, то где-то там, в вышине, должно существовать нечто материальное, осязаемое, твёрдое, куда МАГИСТР попадает и на что ступает, покинув землю. Уж не Луна ли это!? Или, всё-таки, может быть, на недосягаемой для моего зрения высоте парит какой-нибудь огромный аэростат или нечто ему подобное? И смотрит сейчас МАГИСТР на меня сверху вниз, ухмыляется, корректирует действия пиратов против нас?
Что такое, собственно, аэростат? Почему это слово вдруг всплыло в моей голове? Аэростат, воздушный шар, дирижабль… Летательные аппараты, получающие подъёмную силу за счёт нагретого воздуха, гелия или водорода. О как! Я эволюционирую довольно быстрыми темпами!
— Что же такое спутник?! — в который раз с необъяснимой тревогой задал я себе этот вопрос.
И так… Всё-таки, а что, если МАГИСТР действительно находится на Луне или на дирижабле? Я некоторое время усиленно переваривал данную идею, потом выбросил её из головы, безнадёжно махнул рукой. Так что же сейчас делает мой загадочный противник? Очевидно, он пока выжидает и каким-то образом следит за мною, периодически насылает на меня врагов, пакостник этакий! Для чего? Для тонуса, для формы, для поддержания напряжения, что ли? Потерпел дважды фиаско на земле, а теперь вот испытывает мои силы и возможности на море?! Ах, да, я совершенно забыл о РЕЛИКВИИ! Цель остаётся всё той же, прежней. А может быть МАГИСТР тут вовсе и не причём? Занимается какими-то другим, более важными делами, оставил меня на время в покое? Ладно, хватит насиловать своё ущербное сознание, и без того кем-то уже не однажды изнасилованное. Вперёд, Император!
Целые сутки мы плыли без всяких приключений. В паруса по-прежнему дул бодрый попутный ветер. Наступил очередной ясный, тёплый и тихий день. Мы с ГРАФИНЕЙ возлежали на носу яхты в глубоких удобных шезлонгах. Девушка периодически отпивала из большого хрустального бокала какое-то рубиновое, тяжёлое и густое вино, отщипывала из вазы кусочки мелко порезанных фруктов.
Я, любуясь своей лебёдушкой, не торопясь и лениво, как всегда, цедил Звизгун, закусывая его солёным огурцом и хрустящей квашеной капустой. Данные классические закуски были подкреплены моими любимыми бутербродами. На куске чёрного хлеба — тонкие кусочки солёного сала с тройной мясной прослойкой, нашпигованные чесноком и слегка помазанные забористой горчицей. Какая, однако, вкуснятина! О, Боже! Остались ещё на свете вот такие маленькие радости, ради которых стоит некоторое время пожить на этой грешной земле и терпеть превратности бытия! Что нам надо?! Красивая и любимая женщина, любящая тебя, сидит рядом. Превосходные напитки, вкусная еда, прекрасное настроение после очередной победы. Блаженное состояние души… И всё это на фоне тёмно-синего моря и невесомого, лёгкого и голубого неба. Ну что ещё желаете, Ваше Императорское Величество!?
Да, жизнь в очередной раз, несомненно, удалась, ну, хотя бы на сегодняшнем её этапе и уровне.
— Дорогая, я давно хотел узнать у тебя, веруешь ли ты в Бога? — лениво спросил я, с наслаждением созерцая густые, роскошные, светло-каштановые волосы ГРАФИНИ, распущенные и тяжело развевающиеся на ветру.
— Странный вопрос в таком месте и в такое время. Давай поговорим о чём-то другом, ну, например, — о смысле и цели бытия, о любви и дружбе, а ещё лучше, о политике. Кстати, это самая актуальная для нас сейчас тема, — фыркнула девушка.
— Да что об этом говорить?! Смысл бытия всё равно останется нам неведомым, — сколь угодно не обсуждали бы мы эту щекотливую тему. Чего переливать из пустого в порожнее!? Цель жизни вполне понятна, этот вопрос давно мною решён, скучен и неинтересен, — лениво ответил я.
— Вот как!? Оказывается, ты знаешь ответ на один из главных вопросов, волнующих мыслящих людей на протяжении веков? — удивилась ГРАФИНЯ и иронично улыбнулась.