А Бог послал много всего вкусного, приятного и простого: свежие и солёные овощи, жареное и копчёное мясо, нарезанное тонкими ломтиками, а также сваренную в кожуре картошку и ещё тёплый, недавно выпеченный хлеб. Мы расположились прямо на песке рядом с водой. Стол был моментально накрыт резво подбежавшими слугами, сопровождаемыми суровым Гвардейцем.
Небо окончательно прояснилось, туман бесследно исчез, буйно растущие вокруг сосны, ели и можжевеловые кустарники и деревья насыщали воздух такими ароматами, что голова у меня закружилась от них, как от бокала славного, доброго Звизгуна.
Мы плотно позавтракали, выпили по три небольшие рюмки Можжевеловки, полюбовались озером, горами, небом, почти одновременно глубоко и с наслаждением вдохнули и выдохнули невероятной чистоты воздух, счастливо и легко рассмеялись.
— Много ли человеку надо? — задумчиво произнёс я. — Вечный, как мир, вопрос.
— Сир, а что говорил по этому поводу Сократ, ну тот грек, о котором Вы неоднократно упоминали? — живо спросил ШЕВАЛЬЕ.
— А почему он вас так заинтересовал?
— Я так понимаю, что он был выдающейся личностью, — с энтузиазмом произнёс мой собеседник. — Если у Вас найдётся немного времени, расскажите, пожалуйста, о нём подробнее. Сир, я думаю, что и ПОЭТ и ГРАФИНЯ тоже Вас послушают с огромным интересом.
— Эх, сударь, — печально произнёс я, меланхолично созерцая глубокую, тяжёлую и прозрачную воду Тёмного Озера. — Когда-нибудь, надеюсь, я вспомню всё и вот тогда, — чего только я вам не расскажу! Будете ещё убегать от меня, а я буду вас догонять, хватать за пуговицы и кричать: «Ну, послушайте же меня, любезный, послушайте, прошу вас! Я вам такое сейчас расскажу!».
Мы оба легко рассмеялись, помолчали.
— А что касается Сократа… — продолжил я, — Был он человеком очень простым, бедным, независимым и мудрым. Все умные люди мыслят парадоксально. Не избежал данной участи и Сократ. К чему я это? Да к тому, что есть два его известных высказывания на интересующую нас тему именно в этом ракурсе. Ну, я о том, много ли человеку надо? Однажды СОКРАТ сказал: «Кого считать всех богаче? Кто малым доволен». А в другой раз он произнёс: «Довольствуйся настоящим, а стремись к лучшему». Вот тебе и Сократ…
Мы помолчали, выпили ещё по одной рюмке Можжевеловки. Небо стало нестерпимо синим, осеннее солнце припекало всё сильнее и сильнее, даря свои жаркие ласки прохладным и суровым водам Тёмного Озера.
— Ладно, как не жаль, но пора в путь. Пора, мой друг, пора… — зевая и потягиваясь, сказал я. — Приедем в замок, передохнём, подремлем и приступим к делам нашим суетным. Их у нас столько накопилось. Девиз наш остаётся прежним: «Вперёд и только вперёд, не сворачивая с выбранного пути и не сомневаясь!».
ШЕВАЛЬЕ сразу же отдал необходимые распоряжения, к нам подвели двух рослых, мощных, но, несмотря на это, изящных жеребцов, тех самых, знаменитых, — Горных. Они трясли гривами, раздували ноздри, пританцовывали. Ах, какая красота! Лихо и легко вскакивая в седло, я, как всегда в таких случаях, с грустью вспомнил о БУЦЕФАЛЕ. Где ты, мой верный, боевой друг? Как сложилась твоя судьба? Собственно, Бог с ним, с Жеребцом. Пора очень серьёзно и тщательно подумать о своей собственной жизни и судьбе.
И так… На сегодняшний день под моей властью находятся Третья и Вторая Провинции Первого Острова. Я овладел ими за какие-то неделю-полторы. Легче всего было конечно же с Третьей Провинцией. За пару-тройку дней она полностью перешла под мой контроль, причём подданные ГРАФИНИ встретили нас с распростёртыми объятиями, с огромной радостью и восторгом, со всеобщим ликованием. Все три Горных Барона незамедлительно принесли мне Присягу на верность. После этого я отправил гонцов с известием о моём явлении, не появлении, а именно явлении, в две соседние Провинции.
После небольшой паузы Второе Графство признало мою власть, а вот с Третьей Провинцией ситуация была до сих пор непонятна. От туда не поступало никаких известий. Несколько гонцов, посланных мною повторно, не вернулись обратно. Тогда ШЕВАЛЬЕ отправил в Третье Графство под видом купцов и бродяг десяток своих агентов, возвращения которых я с нетерпением ожидал. Собственно, всё уже было понятно и без них. Военного похода на этот раз мне не избежать, это точно. Но я решил подождать ещё пару дней, так, на всякий случай. Я пытался до последней возможности придерживаться своей до сих пор срабатывавшей военной доктрины: «Победа малой кровью — лучшая из побед!».