Я досадливо скрипнул зубами, улыбнулся притихшей и находящейся в полной неподвижности ГРАФИНЕ, поцеловал её в плечо, посадил на скамейку, стоящую около стены, подошёл к стреле, задумчиво посмотрел на неё. Пора собираться в поход. Второй Остров ждёт. Как пройдут плавание и высадка на него, какова там ситуация, хватит ли нам сил для победы? А потом ведь во весь свой исполинский рост встанет другая неприятная проблема — Третий Остров! Бог мой, я не имею никакого желания не только его завоёвывать, но не хочу даже о нём вспоминать и думать! Тьфу, тьфу, тьфу… А, вообще, существует ли он всё-таки на самом деле? Кто его знает, кто его знает…
Рядом со мною из воздуха, как всегда неожиданно, возник ЗВЕРЬ. Он зевнул, подошёл к стреле, как бы невзначай понюхал её, похлопал глазами, поворчал о чём-то о своём. Потом Пёс нервно потряс головой, задрал её вверх и поднял было заднюю ногу с целью почесать бок или шею, но, увидев мои прищуренные, внимательные и злые глаза, вовремя одумался, тяжело сел и замер передо мною чёрной неподвижной глыбой на сером и холодном полу башни. Я опустился на скамейку подле печальной ГРАФИНИ, обнял её. Мы помолчали, полюбовались небом и горами.
Потом я услышал топот шагов и пыхтение. Из люка в полу башни выскочил ШЕВАЛЬЕ.
— Сир, только что из Столицы прибыли дополнительные силы, войска находятся в полной боевой готовности! — прерывисто дыша, сообщил он. — Можно приступать к маршу. Все корабли, которые мы смогли собрать, сосредоточены на юго-восточном побережье, к плаванью также готовы! Ах, как выручили нас пиратские галеры, ну те, которые остались от разгромленных флибустьеров!
— Превосходно! — вскочил я. — Пошлите кого-нибудь в библиотеку за ПОЭТОМ, готовьте мою карету.
— Будет исполнено, Сир!
— Постойте, постойте… Нет ли каких-либо вестей со Второго Острова?
— К сожалению, нет, Государь!
— Жаль, жаль… Тот, кто плутает во тьме, значительно слабее того, кто бродит хотя бы в сумраке.
— Прекрасно сказано! Разрешите идти, Сир!?
— Идите…
— Постойте! — ГРАФИНЯ резко встала, с опаской взглянув на ЗВЕРЯ, который сразу же насторожился. — Сир, а Мастера!?
— Чёрт возьми, совсем забыл! — я с досадой хлопнул себя по голове. — Да, я же пригласил в замок трёх Первых Мастеров Первой Горы для вручения им наград и премий.
— Они уже давно Вас ждут, Сир!
— Прекрасно, прекрасно… А давно ждут?
— Уже пол дня, Сир!
— А вот это нехорошо! Надо было сообщить мне раньше! Надеюсь, они накормлены и напоены?
— Сир, всё хорошо, всё в порядке! — ухмыльнулся ШЕВАЛЬЕ. — Мастера и накормлены и напоены. Их развлекают придворные музыканты, акробаты, жонглёры и танцовщицы. Девицы, я Вам скажу, все, как на подбор, высший класс. Мастера чрезвычайно довольны. А вечером им будет организована банька именно с этими девицами.
— Ну, вот и славно, ну вот и отлично… Кстати, сколько у нас войск?
— О, Государь, столько воинов Первый Остров ещё не видел!
— Отлично! Как говорил Наполеон: «Большие батальоны всегда правы». Вперёд и только вперёд!
ГЛАВА ВТОРАЯ
Дул лёгкий попутный ветер. Было слегка пасмурно и прохладно. Серая небесная поволока иногда, на несколько мгновений, рассеивалась, обнажая то тут, то там кусочек голубого неба, но потом облака, похожие на низкосортную, перележавшую и отсыревшую муку, снова смыкались, не оставляя никакой надежды на хорошую погоду.
Наша славная, изящная и быстроходная яхта, не торопясь, двигалась в центре моего внушительного экспедиционного флота. Со всех сторон, держась на почтительном отдалении, нас окружали тяжёлые боевые корабли. Реяли знамёна, хлопали паруса, раздавались какие-то громкие и строгие команды, слышались просто весёлые и беззаботные голоса.
В голову мне неожиданно пришла ассоциация. Плывёт маленькая, аккуратненькая беленькая уточка, а вокруг неё — огромные, массивные серые гуси, нагулявшие к осени жирок, способные и агрессивно пошипеть, и в случае необходимости больно ткнуть клювом. А может быть лебеди? Да нет, именно гуси. Я улыбнулся, в мозгу вдруг родилась, или вернее вспыхнула очередная ассоциация. «Дикие лебеди»… Кто-то, где-то, когда-то написал неплохую вещь под этим названием. Роман, повесть, рассказ, поэма? Кажется, были такие писатели — братья Стругацкие. Я напрягся, попытался выудить из глубин неторопливо просыпающейся памяти ещё что-то касающееся этого названия и упомянутых братьев, но, увы, у меня ничего не получилось. Жаль, конечно, но не беда. Скоро я вспомню всё, в этом я был совершенно уверен. Дайте время, господа, дайте время…