— Господа, а как насчёт выпить и закусить? — весело произнёс я. — Расслабьтесь, успокойтесь, будьте проще и естественнее.
— И народ к нам потянется? — саркастически буркнул ПРЕДСЕДАТЕЛЬ.
— Конечно, конечно же, прародитель Квазаров вы наш! — хохотнул я. — Ну-ка, ну-ка откройте какой-нибудь из Порталов! Звизгун в студию! И всё иже с ним! Не забудьте передать привет хозяину моего любимого трактира под очаровательным названием «Тихая прохлада»! Как же я по нему скучаю!
— Шеф, да чёрт с ним, со Звизгуном. Что вам, жалко, что ли? — зажурчал чистым ручьём голос Советника. — Хотите, я всё устрою, как положено? Кстати, я не прочь отведать Империума, проголодалась очень. Такая у нас сегодня получилась содержательная и интеллектуальная беседа, знаете ли, столько энергии потрачено, — Девушка надула свои аппетитные губки и часто заморгала длинными ресницами.
— Где-то я уже это видел, — легко засмеялся я, а потом с замиранием сердца спросил. — Не знаете, жива ли ГРАФИНЯ?
— Лебёдушка Ваша ненаглядная, Сир? Свет Ваших царственных очей, звезда Вашего счастья? — желчь полноводной и бурной паводковой рекой полилась из уст Советника.
— Да, именно её судьба волнует меня сейчас в первую очередь! О, самая прекрасная из женщин! — с нарочитым пафосом произнёс я. — А что, вы уже меня к ней ревнуете?
— Да на какого чёрта она мне сдалась, эта смешная укротительница и жалкая воительница Ваша, писательница доморощенная! — взвилась Советник.
— Жива ГРАФИНЯ, жива, Сир, — поспешно вмешался в разговор ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. — Мы ей немного помогли в недавней сложной ситуации. Лежит без сознания на одной из оставшихся у Вас галер, но, думаю, рано или поздно придёт в себя.
— Спасибо! Ну и хорошо, ну и славно, превосходно! — я вздохнул с облегчением и повеселел. — Так что насчёт скромного товарищеского завтрака?
— Я бы попробовал Мундир-Фиш, — ворчливо и совершенно неожиданно заявил ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. — И чёрт с ним, дерябнем Звизгуна.
— А печень? — протяжно спросила Советник.
— А что печень!? Что случится с нашими печёнками, если мы здесь все Бессмертные!?
— О, как!? — удивился я. — Так, так, так… Интересно.
— Да, вот так, — досадливо буркнул мужчина.
— Ну, а насчёт Мундир-Фиш и Звизгуна… Слышу слова мужа, а не мальчика! Замечательно! — я хищно потёр руки. — Через какой Портал зайдём в искомое место и вернёмся с добычей, а, пришельцы мои дорогие и обожаемые!?
— Какой он всё-таки душка, — промурлыкала Девушка.
— Красавец, умница, поэт… — ухмыльнулся ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. — Не женат, кстати. Да, и ещё… Я с вами согласен, Советник! Перед нами истинный Император, покоритель Вселенной! Ловите момент, дорогуша. Птица-Счастье может запросто улететь. Только и увидите её роскошный хвост в отдалении!
— Не нравится мне ваш тон, категорически не нравится, — нахмурилась Девушка. — Смею вам напомнить, создатель Чёрных Дыр вы наш, что у нас имеется совместный ребёнок!
— Боже мой, ну что вы такое несёте! — тревожно заметался на своём стуле ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. — Наш гость подумает невесть что!
— Ну и что же такого он может подумать!? Пусть думает! Думать полезно, ликвидатор магнитного поля вы наш!
— Господа, — решительно вмешался я в разговор. — Как насчёт Звизгуна, Империума и Мундир-Фиш? Жрать хочется… А насчёт ребёнка вы, МАРКИЗА, не беспокойтесь. Я его с удовольствием усыновлю.
— МАРКИЗА? Это как, это кто? — удивлённо спросила девушка.
— С сего момента вы — МАРКИЗА. Самая настоящая. Дарую вам этот титул за грядущие заслуги перед Империей и передо мной, конечно. Несмотря ни на что, вы мне нравитесь, — улыбнулся я. — Соответствующий Указ будет подписан через очень непродолжительное время. Найду писца, свою печать, и баста!
— О, как? — усмехнулся ПРЕДСЕДАТЕЛЬ.
— Да, именно так, — я встал с кровати, подошёл к МАРКИЗЕ и нежно коснулся губами её изящной ручки. — Не беспокойтесь, милая. Ребёнок ваш ни в чём нуждаться не будет! Забудьте об этом провальном и скорбном периоде вашей жизни, ну, я имею в виду связь с ПРЕДСЕДАТЕЛЕМ. О, моя светловолосая и голубоглазая радость! Обожаю вашу стройную и нежную шейку и васильковые глазки, поглощающие и завораживающие мой бренный и слабый разум. А какая попка! А какие лодыжки! Я балдею! Я крайне восхищён! Забудьте об этом мерзком и немощном старикашке! Отдайтесь без остатка истинному гурману, тонкому ценителю и главному знатоку прекрасного, то есть, — мне! Прошу вас, о, моя нимфа!
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ сначала побледнел, затем порозовел, потом его лицо окрасилось в пунцовый цвет. Он вскочил со стула и истошно заорал: