Жили-были когда-то и Александр Македонский, и Юлий Цезарь, и Аттила, и Тамерлан, и Пётр Первый, и Чингисхан, и Карл Великий, и Иван Грозный, и Кортес, и Наполеон, и Ленин, и Сталин, и Гитлер, и Мао Цзе-дун, и Пол Пот, и многие другие. Самые что ни на есть обыкновенные люди! Бывшие рабы, цари с комплексом неполноценности, несостоявшиеся священники, художники и адвокаты, лейтенанты и крестьяне, пьяницы, гомосексуалисты, импотенты и психопаты. Что возвысило их, что дало силы, что воодушевило и вознесло на самую вершину бытия!? Вот в чём вечный, мучащий не одно поколение людей, вопрос. Вернее, целый ряд вопросов. Почему, каким образом и зачем это произошло!? Кто его знает…
Я отбросил прочь все ненужные сейчас мысли, сконцентрировался на насущных проблемах и с огромным удовлетворением отметил тот факт, что мои способности с каждым днём всё возрастают и возрастают, совершенствуются и совершенствуются. Я с лёгкостью уклонился от очередного ядра и с интересом рассмотрел его в затяжном и вязком полёте. На этот раз ядро было без фитиля. Ну, проломит борт галеры, ну пробьёт её днище! Главное, не разорвётся, не превратит палубу или нутро корабля в мешанину крови и мяса. Ничего страшного, мы уже почти достигли береговой линии! Ещё немного, ещё чуть-чуть!
Да, теперь я действительно мог двигаться намного быстрее, чем раньше. Намного! Это подтвердило следующее ядро, летящее мне прямо в грудь. Я резко затормозил его полёт, отклонил снаряд от намеченной траектории мизинцем совершенно легко, непринуждённо и изящно.
Между тем берег приблизился уже вплотную. Галера со всего маха села на мель, сбив с ног Гвардейцев. Я успел крепко ухватиться, вернее, жёстко уцепиться за борт, устоял.
— Гвардия! Вперёд! — дико заорал я, прыгая в чёрную, холодную, солёную и тягучую воду.
ЗВЕРЬ с выражением крайнего отвращения на морде последовал вслед за мною. Высадка началась.
— Гвардия, Родина, Империя или смерть! — захлёбываясь тяжёлой водой, снова заорал я и выхватил из ножен ЭКСКАЛИБУР.
В ответ сотни глоток откликнулись, слившись в унисон в едином порыве:
— Всем оставшимся в живых, — дворянство! Всем погибшим, — пожизненное содержание вдов и детей! — я мощно выпрыгнул из воды на берег и, наконец, обрёл истинную твердь под ногами. — Вперёд! Империя или смерть! Гвардия, за мной!
— У, А, У, А, А, А!!! — разбрызгивая вокруг себя снопы искр, ужасно заревел ЗВЕРЬ и решительно бросился в атаку.
— Ура! Вперёд!!! — заорал я и бешено завертел мечом над головой.
— Империя или смерть! — услышал я звонкий голос ШЕВАЛЬЕ, который, опередив меня, врубился в стройные ряды противника, грозно и неприступно ощетинившиеся копьями.
Впрочем, скоро от этой стройности и неприступности ничего не осталось. Я и ЗВЕРЬ вломились в шеренги вражеских бойцов, словно два сверхъестественных и беспощадных монстра, жаждущие крови, а затем опустошительно прошлись вдоль и поперёк неприятельского войска, сметая, как ураган, всё на своём пути.
Пушки теперь были бесполезны. Да и стрелять из них уже было некому. ЗВЕРЬ по моей мысленной команде мощно прорвав и сокрушив несколько рядов противника, безжалостно и стремительно уничтожил всех артиллеристов, буквально размазал их тела по стволам, лафетам и холодному песку.
Мои воины решительно, безрассудно и отчаянно накатились на врага. Именно в безрассудстве подчас таится истинная сила! Бой выигрывают отважные, решительные, отмороженные, весёлые и бесшабашные! Вперёд, вперёд, мои орлы, вперёд, только вперёд!
Я пронзал неприятельские ряды легко, стремительно и изящно. Так хорошо наточенная бритва срезает жёсткие и, на первый взгляд, неподатливые волоски густой щетины. Я то ускорялся, то замедлялся, то падал на землю, перекатываясь по ней, то взлетал в мощных и длинных затяжных прыжках, то наносил молниеносные и всё сокрушающие удары, то мгновенно уклонялся от ответных.