— Ваше Величество, искомый напиток не может быть Вам предложен в силу его полного отсутствия!
— О, как закрутил, шельмец! А что у нас присутствует?
— Ром, Сир!
— Ну, так подайте же его! Он мне понравился. И накройте стол! Выберите что-нибудь покрепче.
— Сир, куда уж крепче…
— Давайте, Барон, шевелитесь! Чувствую, что в свете последних известий новые гости не за горами.
— Будет исполнено, Ваше Величество! — юноша сделал знак Гвардейцам.
— Ну и славно…
— Сир, — осторожно обратился ко мне один из Гвардейцев.
— Да, дружище?
— А что делать с Вашим Придворным Летописцем и Поэтом?
— Какой из него Летописец, а тем более, Поэт!? Так, жалкое подобие чего-то неопределённого, никому ненужная призрачная тень. Бездарь, тряпка, паникёр и трус. Пусть тонет. Помогите ему в этом многотрудном деле. Баграми его, баграми! Вёслами по голове! А потом пустите пару стрел, дабы окончательно пресечь его мучения.
— Сир, но ведь он Бессмертный, — мягко заметил ШЕВАЛЬЕ.
— Это он так думает, что, якобы, бессмертен. А у меня против этих типов есть одно оригинальное и безотказное средство.
— И какое же, Сир?
— Так вот… Разместите на палубе десяток лучников и арбалетчиков. Пусть они все хорошо прицелятся и одновременно пустят стрелы в голову, в шею и в грудь этого идиота, инопланетянина нашего великого. Вы не можете себе представить, какой будет эффект! Чпок, чмак, хлоп, хлюп, — и нет Бессмертного! Восстановиться он просто не успеет. Беспомощно барахтаясь в воде, не имея твёрдой поверхности под ногами, от стрел он не уклонится и ничего вам сделать не сможет, хоть и является Ускоренным. Вот и весь Бессмертный! Лопнет наш псевдо поэт, как воздушный шарик у восторженной девочки в руках, когда в него бросил какую-то мелкую острую гадость местный хулиган. Вот так! Номер с Пси-Сублимацией у него не пройдёт. Возможность этого я исключил и решительно пресёк! Баграми его, баграми!!!
В нескольких метрах от меня воздух вдруг задрожал, завибрировал. Стал раскрываться Пси-Портал. Из него весело и беззаботно выпорхнула МАРКИЗА. Она была одета в лёгкое, белое, короткое, глубоко декольтированное платье. На головке — шляпка, на ногах — лёгкие босоножки на шпильке, в руке — тонкая длинная сигарета в мундштуке.
Седьмой Советник решительно подошла ко мне, легко коснулась губами моей щеки, дотронулась ручкой до моей напряжённой руки, сжимающей рюмку с ромом, окатила и поглотила меня ароматом дорогого табака и запахом терпких духов, перегнулась через борт, тревожно посмотрела на барахтающегося в воде Третьего Советника.
— Мой милый ПУТНИК, душенька мой, котик, — начала она глухо, томно, с хрипотцой, несколько развязно и вульгарно, выпуская изо рта сизую струйку дыма, которая почти достигла меня. — Ну, из-за чего ты сегодня такой сердитый, а?
Такого обращения я терпеть не могу, особенно в присутствии своих подданных! Фу! Вульгарная, да ещё и курящая женщина!? Да к тому же ещё и шлюха! Я, не торопясь, приблизился к МАРКИЗЕ, чувственно и страстно поцеловал её изящную и тонкую ручку.
— Сир… Миледи, вы не сказали это волшебное слово, — мягко произнёс я. — Вы забыли, что перед вами Император, который, кстати, не в духе. Очень сильно не в духе!!!
— Что!? Милый, да не будь таким букой!
Я аккуратно взял девушку под мышки, приподнял её над палубой и мощно метнул в море в сторону Полковника, беспомощно барахтавшегося в воде. Седьмой Советник упала в море с громким негодующим криком. Сигарета некоторое время оставалась ещё в её пальчиках, но потом отделилась от них и, прочертив короткую кривую траекторию, погрузилась в воду с лёгким и обиженным шипением.
— Полковник, получайте обратно свою шлюху! Наконец-то два одиноких, страждущих и жаждущих любви сердца, воссоединились! Аллилуйя!
Я некоторое время злобно и с удовольствием созерцал копошащихся за бортом Советников, а потом весело крикнул в сторону ШЕВАЛЬЕ:
— Сударь, так где же стол и ром!?
— Сей момент, Ваше Величество!
Через несколько минут огромный дубовый стол, покрытый белоснежной скатертью, мощно и тяжело возвышался передо мною. В центре его, как это и должно было быть, покоился пузатый графин с ромом. Рядом стояли три серебряных подноса: один с чем-то мясным и заманчиво пахнущим, второй — со свежими и солёными овощами, и третий, — с фруктами. Кроме этого, на край стола поставили глиняный кувшин, — то ли с водой, то ли с ещё чем-то.