Бин знала о Джесси слишком мало. И из-за пробелов в знаниях не могла видеть полной картины происходящего.
***
По приезду, она уткнулась лицом в подушку и пролежала так целую вечность. А потом вдруг встала полная сил и энергии и начала буквально переворачивать с ног на голову интернет в поисках случаев нападения неизвестных тварей на людей.
Джесс поглядывал одним глазом, как она по ночам выбирается на кухню, как усыпает все возможные поверхности в комнате листами – перечеркнутыми крестами, дополненными надписями.
Понимал ли что-то? Не особенно. Потому просто повесил в один из дней в ее комнате пробковую доску, оставив на ней кнопку с запиской "Пригодится".
Чтобы потом найти похожую записку, приклеенную к двери своей комнаты: "Спасибо".
Доска заполнилась непростительно быстро. Но на ней, случайно или специально, остался небольшой пробел. Куда Мак, при удобном случае, умудрялся вместить пару строк.
"Оставил ужин в холодильнике. Буду не скоро".
"Открыл тебе банковскую карту. Оставил на столе, не потеряй среди собранных данных".
Они не разговаривали. Но листочки для заметок сближали гораздо лучше слов.
Наверное, спустя несколько таких дней, их можно бы было назвать неплохими друзьями, насколько вообще можно звать друзьями не так давно познакомившихся при необычных обстоятельствах людей, запутавшихся в своих чувствах.
Которые, кажется, притихли. И дали место для здравых мыслей. Когда это произошло, Бин поняла, что ведёт себя глупо – игнорирование человека, делающего для тебя всё возможное, чтобы ты могла чувствовать себя комфортно, является верхом неблагодарности и эгоизма.
После осознания и она сама стала приглядывать за Джесси.
Узнала, что он ложится спать, если вообще ложится, когда солнце уже почти взошло, а встаёт – когда оно взошло окончательно. Что иногда его и вовсе не бывает дома – что он уходит в неизвестном направлении после телефонных звонков.
Что он пьёт много кофе – не один и тот же, а разный, как из кофемашины, так и растворимый.
Что наедине с самим собой он не улыбается, а витает в своих мыслях. Видимо, не самых весёлых.
Они так же навещали Яна – как вместе, так и поодиночке. Время до его выписки для них обоих тянулось бесконечной полосой.
Когда его всё же отпустили, и у Джесси и у Бин осталось чёткое впечатление, что он пролежал в больнице не две недели, а два года.
***
Когда Ян вернулся, первым делом он заперся где-то в районе ванной и не вышел до тех пор, пока не привёл в порядок волосы, успевшие порядочно отрасти за отсиженный в заключении срок.
О своём возвращении в строй, которое состоялось даже раньше нужного, он решил не сообщать, так что его никто не встречал. Джесс носился со своими делами за пределами Клуба, Бин, когда он к ней тихонько заглянул, копалась в компьютере.
Чуть не поперхнувшись от увиденного количества собранных ей данных, он предпочёл уважительно исчезнуть, чтобы не отвлекать их личного хакера от важных дел.
Бин же, ни о чем не подозревая, просидела за работой ещё несколько часов. А, вознамерившись сделать перерыв, побрела на кухню. Как обычно щелкнула кнопкой чайника.
И, развернувшись к шкафу, чтобы достать чашку, встретилась с глазами висящего вверх ногами Яна.
Сердце в груди так и подпрыгнуло – девушка от неожиданности аж осела на ближайший стул.
Ян же приветственно помахал ей рукой, радуясь, что подготовленный сюрприз таки удался.
– Bonjour.* Не ждали?
Он легко подтянулся на подвесной шкаф, за который неведомым образом, удерживался ногами. И остался сидеть наверху.
– Ждали, конечно, – Бин кое-как пришла в себя и вдруг рассмеялась. – Но не думали, что ты вернёшься Бэтменом.
– Что поделать, этому городу нужен герой.** В нашем случае – герои.
– И то верно. Дела обстоят плохо, – признала Бин. – Я пособирала, как ты просил, но, судя по всему, нашла ещё не всё. С каждым днём сообщений поступает всё больше.
– Да. Я видел. Спасибо за старания. Не удивительно, что люди начинают паниковать – даже несмотря на то, что не всякий видит нечисть, каждый способен ощущать неладное на уровне подсознания.
– Хочешь посмотреть поближе сейчас? – предложила Бин.
– Для начала сам хочу тебе кое-что показать, – Ален спрыгнул на пол и поманил Бин за собой.
***
Они оказались в комнате, которой Бин в первые дни пребывания в Странном клубе так боялась. У страха, как говорится, глаза велики – обычная художественная студия, в которой, кажется, ни зимой, ни летом не закрывается одно из занимающих целую стену окон.