Если задуматься, то уже довольно давно.
Странно, но она поняла это, только когда Ян первый ей признался.
Губы задрожали, а слезы вот-вот грозились политься из глаз.
Почему она – Ликс? Во что такое особенное в ней можно влюбиться настолько сильно, что приходится шифровать свои чувства в чужом языке?
Дождётся ли она настоящего признания или быстрее будет признаться самой?
Ликс не знала ответов на такое большое количество вопросов, что они всё же пролились слезами.
Она удрученно стёрла влагу с лица рукавом и уставилась в темноту, туда, где скрылся Ян.
Взгляд стал упрямым.
Ликс хотела быть рядом с ним, даже если они никогда так и не скажут друг другу о своих чувствах.
Будет ли для них красный цветом опасности или же станет цветом любви?
Посмотрим.
***
Раннее утро. Туманная дымка покрывает заброшенную стройку за городом, рассеивая по округе зеленоватый свет.
Бин Картер сидит на строительных лесах, болтая ногами в воздухе. На коленях покоится ноутбук, а яркий зелёный глаз подсвечивает окружающую ее полутьму, добавляя атмосфере ещё более зловещие нотки.
Она немного нервничала, перебирая пальцами кнопки клавиатуры и периодически поглядывая на горизонт из-под красного капюшона толстовки.
Бин любила тишину, но не любила дозоры. В них тишина казалась неправильной, зловещей, а иногда и кусачей. Всё зависело от того, что в ней скрывалось.
Совсем рядом с ее ухом раздался хруст. От неожиданности Бин выронила ноутбук.
– Спокойно-спокойно, держи свои вещи крепко, – Ян вложил ей ноутбук обратно в руки.
– Ян, черт тебя дери, что ты тут делаешь?!
Ален присел рядом с ней и снова откусил от яблока.
– Караулю.
– Кого?
– Тебя! Ты весело пугаешься. А вообще...
Ян указал в дальнюю точку горизонта. Там стояло несколько расплывчатых фигур, окружённых зеленоватой дымкой тумана. Снова какая-то огромная нечисть. И не подходит к городу она только потому, что они сейчас здесь. Их боятся.
Ален выглядит спокойным, будто вчера между ним и Ликс ничего не произошло. Хотя Бин была почти уверена, что что-то незримо изменилось. В сумме сподвижка составила примерно полтора процента вероятностей – впереди осталось всего каких-то 98.5.
Не понятно, справляется ли Ян, но раз пришёл поболтать, значит, не всё так плохо. Картер и сама была не против поговорить о чем-нибудь. В последние месяцы им очень нечасто выпадала такая возможность.
А раньше...
– Ян, ты помнишь, как мы познакомились? – вдруг начала Бин.
– Не помню.
– Врешь.
– Вру.
– Хочешь, чтобы я сама напомнила?
Ян одобрительно промычал и повис на лесах вниз головой.
– Тебя тогда ранили, и ты едва притащился. А Джесси взбесился.
***
Это был второй день Бин Картер в Странном клубе. Вечером она собиралась навсегда покинуть его стены и задвинуть воспоминания о случившейся с ней истории на задворки подсознания.
Но у судьбы были на нее свои собственные планы.
В коридоре громко хлопнула дверь, отчего Картер тут же встрепенулась и потихоньку выглянула. В глаза сразу бросились крупные алые капли крови на полу.
– Я в порядке, – незнакомый голос из-за соседней двери был тихим, но отчётливым.
– Ян... – Бин узнала голос Джесси. – Да ты же...
***
С лица Яна спала краска. Он прислонился к стене и, не в силах устоять на ногах, медленно сполз по ней на пол. Под пальцами, зажимающими рану, расползалось большое кровавое пятно.
Будто его отражение, в глазах Джесси блеснул рубиновый огонёк. И Ян ничего не мог сделать. Кто же знал, что он будет поджидать в его комнате! Он бы скрылся где-то в другом месте.
– Джесс, приëм, – Ален щелкнул пальцами. – Я в порядке, слышишь?
Не слушая его, Джесси пошёл к выходу из комнаты.
***
Бин поняла, что происходит что-то странное. Чтобы слышать разговор чуть лучше, она выскользнула в коридор, но стоило ей это сделать, как перед ней появился Джесси Итен.
Девушка едва узнала его. Улыбчивое лицо, ставшее привычным за последние два дня, исказила гримасса злобы. А внутри... Ничего, кроме желания убивать.
Он прошёл мимо с пустым взглядом. Бин была так ошеломлена, что не посмела издать и звука.
Но тут послышался голос:
– Эй, ты, как тебя там!!! Останови его!
Бин наконец увидела парня с ярко-красными волосами, которого звали Яном. Он пытался подняться на ноги, но получалось у него плохо.