— Кстати, а вы, Ваше Высочество, почему молчите? — из раздумий вырывает меня голос Геона.
— Я? А что мне говорить? Я далека от политики… и других вопросов, которые вы обсуждаете.
— Так давайте сменим тему! — кареглазый лорд полностью разворачивается ко мне. — Вот расскажите нам о себе. Поведайте, как дошли до жизни такой… — он обводит рукой стол, всех присутствующих, деревья в саду и серое небо заодно.
— Ну вообще-то не дошла… — скромно ковыряю суфле десертной ложечкой, — меня довели. За руку, насильно.
— Я бы даже сказал, за шкирку, — с видом внимательного и всепонимающего слушателя выдаёт второй главнокомандующий.
— За шкирку, за лодыжку, какая разница, если всё равно против воли?
— Думаю, большая. За лодыжку неудобнее.
Гррр. Этот лорд тоже решил поиздеваться?
Отпиваю уже изрядно остывший горький чай, чтобы не наговорить… всяких гадостей.
— Знаете, за всю историю Айи не одна супруга не сбегала от Повелителя после первой брачной ночи, — подаёт голос министр.
И этот туда же. У них здесь у всех страсть к моральному садизму? Так нравится потешаться над другими?
— А как же Нуо?
— Она не была его женой. Повелитель хотел, чтобы она родила ему сына, а потом собирался отправить её обратно на родину… — Даниар лениво помешивает сахар в чашке и смотрит на меня с видом наевшегося кота, наблюдающего голодным взглядом за воробушком.
— Уж слишком ужасный у неё был характер, — вставляет свои семь слов кареглазый.
— Но она сбежала и осталась в Айе… — продолжает министр.
Это всё я уже слышала, кроме…
— Хотел вернуть её обратно? Но мне говорили, что вернуться назад…
— Невозможно, — перебивает меня Нолан. — Он первый попытался это сделать, но не смог. А раньше всем императрицам нравилось жить в этом мире… — Акено Даи несколько долгих мгновений прожигает меня взглядом, а затем резко меняет тему: — Гелеон, как дела с Далией? Ты выяснил, кто станет следующим королём?
А магистра сказала, что просто отказался возвращать… и кому верить?
Глава гвардии переключает внимание.
— Да, Ваше Величество. Король планирует передать трон племяннику. Мы уже отправили пару людей разузнать обстановку.
— Говорят, что наследник не рвётся к власти, — бархатный женский голос разносится по саду. — Извините за опоздание, — на свободный стул рядом со мной присаживается новое действующее лицо.
А я вся внутренне холодею, узнав эту красивую девушку в алом, под цвет волос, кринолиновом платье.
— Давно тебя не было видно, — гвардеец наливает вино и протягивает бокал шпионке.
Делайла чарующе улыбается, принимает предложенное и с самым невозмутимым видом:
— Я в отличие от некоторых настоящими делами занимаюсь, пачкаю руки, а не прохлаждаюсь под сенью высоких деревьев.
— Ну, Делайла, не завидуй. И ты когда-нибудь дослужишься до места под сенью высокого дерева, — скалится во все тридцать два белоснежных зуба Гелеон. — Разве тебе не нравится добиваться всё своим трудом, не используя семейные связи? Разве не прекрасно осознание, что мир рушится и строится не без помощи твоих усилий?
Девушка усмехается, но отвечать не спешит, медленно потягивает вино.
А я…
Невозмутимо встаю и опрокидываю чашку над головой, когда-то носившей такое звание, Алой Жрицы.
Предательница.
Да, она служит императору и империи. Это была её работа.
Но в моих глазах она предала магистру, предала орден. Предала меня.
И поэтому горький холодный чай сейчас стекает на аккуратную чёрную бархатную шляпку с сеточкой, на завитые волосы, за шиворот платья.
Девушка замирает. Как и все за столом. А чай тоненькой струйкой всё льётся и льётся.
Ошарашенный взгляд Гелеона, оценивающий Даниара и многообещающий Тёмного Властелина.
Последний, полыхающий холодной яростью, пугает больше всего.
Ну что ж, лук так лук. Ещё шесть мешков наказания стоят этого маленького радостного чувства. Чувства удовлетворённой мести.