А во взоре императора плещется столько злости…
Что я вырываю руку и невольно отступаю.
— Не подходи! — шепчу, потому что голос не слушается, стоит Повелителю сделать шаг ко мне.
Он замирает, словно натыкаясь на невидимую стену. Выдыхает, опускает голову, а когда вновь поднимает, во взгляде уже нет ничего… пугающего. Лишь хладнокровие, невероятный контроль эмоций.
Как ни в чём не бывало, он возвращается к столу, садится в кресло.
Заталкиваю все неуместные и сумасбродные мысли куда подальше и двигаюсь к стулу, на котором сидела прежде.
Вот так, расправляем плечи, складываем ладошки на колени и притворяемся, что сейчас ничего не было. Ничего не произошло. Никто только что сейчас не покончил с жизнью…
Акено Даи слегка щурит глаза, следя за моими попытками собраться.
— Стоит подобному случиться ещё раз, и твоя подруга умрёт самой долгой и мучительной смертью на твоих глазах. Ты меня поняла? — и я не знаю, что страшней: его усмешка, сводящая удары сердца к минимуму, или бесстрастность в голосе, от которой ломит зубы.
Киваю. Этого точно больше не повторится.
Без понятия, что на меня нашло. Я бы никогда в здравом уме не решилась бы на такое…
На левый кулак резко что-то падает. Спустя несколько мгновений доходит, что это слеза. А потом ещё одна и ещё.
Я не реву, не всхлипываю, просто слёзы внезапно бегут по щёкам. А я даже не чувствую этого. Потрясение настолько сильно, что я ничего не ощущаю.
— Так зачем ты пришла? Чего от меня хочешь?
Как минимум извинение. На коленях.
Проси прощение и обещай исправиться. Стань тем уютным и знакомым Ноланом, которым был в наш медовый месяц.
Поднимаю на него глаза. Не в силах говорить. Поэтому молчу.
— Хорошо, Брен, — супруг вздыхает и на мгновение прикрывает веки. — Я дам тебе то, что никому уже долгое время не удавалось обрести. Слово Тёмного Властелина. Пусть это будет мой подарок… в честь новости о твоей беременности, — Акено Даи невесело усмехается. — Я не буду причинять тебе боль. Не буду намеренно становиться причиной твоего страха. Не буду прикасаться. Не буду лишний раз изводить тебя своим присутствием и навязывать своё общество, если ты этого не пожелаешь. Это моё слово.
Его обещание… от услышанного мне сразу дышать становится легче.
— Но ты всегда должна быть на горизонте. В обозримом рядом.
Это что? Он дал слово, но добавляет, что я должна ему глаза мозолить? А как же «Я отошлю тебя в далёкий-далёкий замок, где о тебе позаботятся. Никуда из него не выходи, не попадай ни в какие авантюры, роди мне наследника и будь свободна»? Он что, передумал? Хочет, чтобы я теперь всё время была с ним? Что, и на войну возьмёт?
Что ж… за великое и нерушимое слово Тёмного Властелина я готова маячить перед Его Императорским Величеством хоть все сутки напролёт.
Но последняя реплика всё же должна быть за мной, поэтому:
— Я согласна. И принимаю твоё обещание.
— Я рад, дорогая супруга, что мы пришли к взаимопониманию и…
Прерываю его, подняв указательный палец вверх.
— Как раз о супруге… Так как ты мне супруг теперь только номинально, а в мыслях я тебя и таковым не считаю, разумнее будет обращаться к тебе… точнее к вам «Ваше Величество». Вы так не считаете?
— Поступай, как знаешь.
Отлично. Теперь я вычеркнула Нолана Акено Даи из списка людей, к которым нужно обращаться на «ты». Не знаю, задело ли его это, скорее всего нет, но мне легче. Когда думаю о нём, не как о близком мужчине, а как о правителе одной захудалой страны, чужом человеке, мне свободнее дышится.
Кажется, я получила то, за чем пришла. Ощущения спокойствия и хоть какой-то определённости в отношении императора растекаются по венам. Теперь мне лучше.
Уже встаю, чтобы покинуть кабинет.
— Так что на третьем? — доносится мне в спину.
Молча дохожу до двери, по центру которой торчит несчастный ножик, воткнутый почти до основания, хватаюсь за ручку, и уже на выходе бросаю через плечо:
— Тыквенное рагу.
Да, последнее слово всё равно остаётся за мной.
И стоит мне добежать до свой спальни, как я по стеночке скатываюсь вниз. И уже на полу начинаю дрожать.