Что со мной случилось? Почему я вообще решила покончить с собой?
Обхватываю себя руками за плечи. Тело начинает знобить.
Я ведь не хотела шантажировать императора. И я точно помню тот момент, когда решила, что сделаю это. Я действительно собиралась… убить себя.
И вот теперь мне снова страшно. Но теперь я боюсь не Тёмного Властелина, не его приспешников и армии, теперь я боюсь себя. Боюсь, что можно ожидать от самой себя.
Я ведь не схожу с ума, да? Или уже сошла?
День так быстро пролетел…
Лишь закрыла глаза, глубоко вдохнула, посмотрела на темноту и теперь вновь вернулась в эту ненавистную спальню.
Эх, вот что за непруха?
Со стоном потягиваюсь, шея ужасно затекла. Как же неудобно спать в кресле!
Скидываю плед на пол, лениво плетусь к окну. Ногой отодвигаю шторы и, протирая глаза, смотрю на улицу.
Уже вечер? Над крышами домов и кронами вечнозелёных деревьев до самого конца света стелятся серые унылые облака. В саду девушка в переднике служанки накрывает на стол, за высоким кустарником виднеется небольшая открытая площадка, с которой доносятся смех и разговоры.
— Лайна, ты здесь? — поворачиваюсь, чтобы найти подругу.
Но комната пуста.
Может, она уже спустилась? Например, поесть?
В животе многозначительно урчит. И мне бы пора подкрепиться.
Спускаюсь в сад, но не иду к источнику веселья. Мне страшно. Там люди. И возможно Нолан.
А мне сейчас не хочется никого видеть…
Поэтому выбираю укромное местечко недалеко от стола, на котором скоро подадут поздний ужин, присаживаюсь на траву и прислоняюсь спиной к дереву. Закрываю глаза. Ветерок поглаживает кожу, зелёные листочки в кроне перешёптываются, пахнет свежестью и смолой.
Как приятно. Вот остановить бы время и вечно наслаждаться минутой покоя, замереть памятником спокойствия и умиротворённости. Но нет…
Громкие шаги, шелестящие мураву.
— Что делаешь? — рядом на землю плюхается Лайна.
С одной стороны, довольная, что моё одиночество прервали, а с другой злясь на это обстоятельство, не очень-то вежливо буркаю в ответ:
— Думаю.
— О чём? — кажется, у неё хорошее настроение.
Открываю глаза, задираю голову, чтобы лучше были видны сумрачные небеса.
— О жизни.
— О жизни? Думать о жизни — самое бесполезное в жизни дело.
Невольно улыбаюсь. Лайна способна одной цитатой сбить всю хандру и раздрай в душе.
И тут откуда-то сверху:
— Ваше Высочество, кончайте рефлексировать, пойдёмте играть!
От неожиданности мы обе вздрагиваем и вскакиваем. С ветки грациозно спрыгивает кареглазый лорд из свиты императора и приземляется перед нами.
Он, что, всё время был здесь?
— Во что играть?
— В волан, — улыбаются нам ослепительно белой улыбкой.
И мы идём на открытую от деревьев и травы квадратную площадку в центре сада. Посередине протянута сетка. И стоит мне взглянуть на небольшие деревянные ракетки в руках тёмных лордов и императора, как всё тут же встаёт на свои места. Понятно, что это за игра такая в волан.
— Я привёл свежую кровь, — радостно сообщает Гелеон Велорий, стоит нам с Лайной появиться на всеобщем обозрении.
Решаем играть мальчики против девочек. Мы с Лайной против Акено Даи и кареглазого главы гвардии. Два раунда до десяти.
Что ж… мысленно предвкушающе скалюсь. Вспомним молодость. Одно время в институте меня вообще невозможно было оторвать от площадки для бадминтона.
Мне протягивают ракетку их ивовых прутьев и волан с белыми перышками.
Мне подавать?
Ну ладно, держитесь. Переглядываюсь с Лайной, бросаю короткий взгляд на невозмутимого Тёмного Властелина — мне так хочется его обыграть… — и лёгким движением руки пускаю воланчик в полёт. Мячик с перьями играючи отбивает Гелеон.
И понеслась. Лайна — Нолан — Лайна — Гелеон — Я — Нолан. Воланчик летит прямо на середину нашего поля, мы с подругой одновременно пытаемся его отбить, ракетки стукаются друг о друга, волан падает на землю. Один — ноль не в нашу пользу.