Лорд Гаар помогает Лайне с пониманием прочитанного, объясняет трудно постижимые места в текстах. Я пробую несколько раз составить им компанию в обители старых книг и пыльных свитков, но после пары невыносимо унылых часиков решаю не лезть в те дебри знаний, в которых увязли они. Себе дороже.
В кабинет, где творятся государственные акты, меня не тянет. Акено Даи всем своим видом показывает, что не нуждается в моём обществе. Я этому только рада.
Таким образом, большую часть времени я просто сплю. От скуки.
Когда же валяться в кровати уже невмоготу, спускаюсь в большую гостиную, где всегда тепло, горит камин и около него в кресле сидит лорд Ференц, читающий что-нибудь и попивающий вечно горячий чай. Он с охотой отвечает на мои бесконечные вопросы об империи, рассказывает про историю, нравы и обычаи Предрассветного мира. Хотя он очень удивляется, узнав, что я не уроженка Айи.
Как потом мне объясняет Гелеон, никто, кроме избранных и доверенных лиц, не в курсе, откуда император берёт себе жену. Население империи огромно, а Повелитель сам волен выбирать в спутницы жизни кого пожелает. Так что никого не удивляет, что в один прекрасный момент у страны просто появляется «первая леди», которую никто до этого не видел из высшей аристократии.
В Айе переплетены судьбы стольких народов, их традиции, замашки и странности, что моё, возможно, неадекватное для этого мира поведение (которое приемлемо на Земле) совсем не вызывает подозрений. Если я что-нибудь ляпаю не то или не так реагирую, а слуги смотрят на меня круглыми глазами размером в блюдце, на помощь приходит Геон, который невзначай бросает, что Её Высочество ещё не привыкла к нашему этикету, в «далёкой провинциальной замухрындии» всё совсем по-другому.
Да, всё относительно прекрасно. Дождик моросит с поразительным упрямым постоянством. Дни сменяют ночи. Серые тучи висят над землёй, заволакивая небо. Серая прекрасная унылая постоянность.
Но смерть всё же прорывается сквозь стены замка. Утром третьего дня умирает двое слуг и целитель Денир. В этот раз болезнь протекает резче и опаснее.
Ещё несколько часов назад человек спокойно ходит по коридорам крепости, даже ощущает некоторый подъём сил, жизнь кажется восхитительной, а затем внезапно поднимается высокая температура, горло мучает жажда, и вокруг плавают-зависают в воздухе галлюцинации. Здоровый крепкий мужчина буквально за пять минут сваливается в горячке.
Вечером третьего дня все собираются в парадной гостиной, вокруг кресла, где обычно любит вздремнуть лорд Ференц.
Жак Натан Орест Платон выходит на середину ковра, обхватывает себя руками и встревоженно сообщает:
— Лекарство больше не помогает, мы потеряли Денира… Пора что-то срочно предпринимать, пока замок не захватила чума.
— Почему средство больше не работает? — с дрожью в голосе спрашивает Илина. — Разве волосы императрицы не обладают магическим свойством?
Все взоры обращаются на меня. Сглатываю. А я-то откуда знаю, почему не работает?
— Вирус усиливается, — как ни в чём не бывало бросает Даниар Зот, водя пальцем по мраморной поверхности каминной полки.
— Тем более Её Высочество не так давно в нашем… не так давно стала императрицей, — Гелеон подходит к Жаку и переводит внимание на себя. — Её способность противостоять магии развилась не до конца.
— Вы заметили, что в городе и деревнях болезнь уже пошла на спад и сейчас эта зараза гуляет по замку с большей силой и злостью? — Лайна решает вмешаться в разговор. — Мы с лордом Гааром нашли несколько похожих случаев Элатской эпидемии в Лариде. Болезнь уничтожали кардинально и… — девушка смущается от того, что все заинтересованно её слушают. — Пусть лучше лорд Гаар продолжит, — выдавливает она.
Приходится держать слово младшему Аджи.
— Обычно брали кровь тех, кто не заразился или смог переболеть чумой, готовили специальный отвар на целебных травах и добавляли в него сыворотку крови переборовших болезнь. В трёх случаях из пяти способ действовал.
— Хм, это логично, — первый советник меряет комнату шагами от окна до кресла, где сидит Акено Даи. — Кровь — основа жизни. Она как нельзя лучше передаёт магию и другие полезные свойства…