И как это называется? Нолан Акено Даи, я зла! Очень! Всей дрожью жилок я тебя ненавижу.
— Печально, — выдыхаю я, чувствуя, как в сердце зарождается новая боль. Боль по нерождённым мною детям, у которых нет даже и шанса появиться на свет.
— Сможешь ли ты оставить своего ребёнка, когда придётся бежать?
Поднимаю глаза к небу.
— Я не знаю, Лайна.
Новый порыв ветерка врывается в наш разговор, распуская пряди и спутывая мысли. Запах свежих листьев бьёт по носу, хочется забыть обо всех услышанных словах и просто подышать. Подышать прохладой и сыростью. А потом вернуться в тепло дома, на кухню, где всегда так вкусно веет ароматами еды.
Сесть в уголок и поплакать.
Смириться. Попытаться осознать и принять жизнь такой, какая она есть.
Девушка заламывает руки и внезапно выдаёт:
— Я знаю, Брен, что Тёмный Властелин никогда не сможет тебя полюбить. Мне всё рассказала магистра Мануэла. Это ужасно…
— Только жалости мне твоей не хватало, — резко отсекаю я. — Я и не хочу, чтобы он меня полюбил. Не нужна мне его любовь.
— Прости, я не хотела тебя расстраивать, — с кающимся видом Лайна обнимает меня. От этого жеста так тоскливо, но вместе с тем и радостно становится. — Я пообещала великой магистре заботиться о тебе. Если хочешь… мы можем избавиться от ребёнка, — шепчет она мне в плечо.
Отстраняюсь, чтобы взглянуть в её зелёные глаза. В них горит стыд. Да, она слишком добрая, чтобы пойти на убийство невинного.
— Боюсь, если Тёмный Властелин узнает о таких твоих речах, нам не поздоровится. Поверь, Лайна, я очень признательная за твою заботу обо мне, и что ты так обо всём этом переживаешь. Я тоже хотела бы, чтобы из моей жизни исчезли все эти тёмные лорды вместе со своим Повелителем. Только сейчас побег — не выход. А я уверена, что если мы избавимся от ребёнка, придётся очень хорошо прятаться, чтобы избежать мести императора. Поэтому нужно ждать.
Таракашки в голове протестующе машут транспарантами. Да, им тоже политика ожидания не нравится.
Как и мне. Но что поделать? Разум и инстинкт самосохранения кричат остаться, сердце и таракашки за побег из страны. И кого слушать?
— Хорошо, — глухо произносит подруга. — Мы повременим с побегом.
Дальше разговор не клеится. Лайна встаёт со скамьи, подходит к роднику, опускается на колени. Поднимает лежащий рядом на камне ковшик, зачерпывает и отпивает.
— Вкусно… будешь?
— Давай.
Беру из рук подруги черпалку, делаю маленький глоток. Ключевая вода невероятно холодная. Передёргиваюсь, ощущая как внутренности леденеют.
— Освежает, не так ли? — доносится сзади.
Мы одновременно оборачиваемся, перед нами — лорд Гелеон Велорий с вёдрами в руках.
— Леди Анна послала за водой, — объясняет своё появление лорд, в доказательство своих слов взмахивая ведёрками. — Ваше Высочество, как вы себя чувствуете? Что-то выглядите вы бледно.
— Всё хорошо. Я прекрасно себя…
Мне не дают договорить. Лайна резко подаётся вперёд и злобно выдаёт:
— Вы всё слышали!
— Что? — удивляется лорд.
— Не отпирайтесь! Вы подслушивали нас! — всё сильнее распаляясь, шипит девушка. — Если бы вы пришли только сейчас, я бы почувствовала. Но вы были здесь всё время!
— Да, ты права, — быстро сдаётся Гелеон. — Даже не подозревал, что у тебя есть такие способности.
И тут же Лайна бледнеет. А тёмный лорд продолжает, и улыбка полностью спадает с его лица, голос становится жёстким:
— Полагаю, Повелителю будет интересно услышать о ваших будущих планах. В особенности про наследника…
— Нет… — девушка сникает. — Пожалуйста, не говорите ему, что я это предлагала.
Лорд удручённо качает головой.
— Я считал, ты умная гиада, Лайна. Даже начал проникаться к тебе симпатией. Как же ты посмела подумать о том, чтобы предать Повелителя? — глаза гвардейца темнеют. — Думаю, нам не о чем больше с тобой говорить. Ты понесёшь заслуженное наказание.