Беловолосый эльф с ледяными голубыми глазами презрительно смеряет меня коротким взглядом, затем с не меньшей пренебрежительностью обращается к Лайне:
— Ты явилась в мой город, чтобы оскорблять меня?
Хм, ничего себе. Он называет этот город своим. Неужели у него такая высокая самооценка? Или должность?
А Дагэ продолжает:
— Они бы не напали на тебя, если бы ты их не вынудила. Я приказал просто доставить тебя сюда. Что было непонятного во фразе «владыка Эфрон вызывает вас»? А наёмники это были, потому что сама видела, что на улице творится. Мои люди и так пострадали, когда убили десятерых императорских стражников, пока я вёл её сюда… — эльф перстом указывает на меня.
Всё внутри холодеет. Мне казалось чудом, что мы дошли до этого особняка через весь город без приключений, хотя повсюду бегают люди императора во главе с этим типом в зелёном капюшоне. А на самом деле…
— Смерть гиад мне не выгодна, сама знаешь. Если орден ополчится на меня, некому будет прикрывать дело. Так скажи, на милость, откуда в твоей скорой на обвинения головке появилась мысль, что я хочу тебя убить?! — последние слова он уже произносит так громко, что, если уж не все, то половина императорских в городе точно его слышат.
Речь Дагэ Эфрона должна по идее вразумить девушку, но гиада лишь скрещивает руки на груди и шипит:
— Не ори на меня!
Кажется, эти двое не ладят. Смеюсь. Лайна просит, чтобы на неё не кричали, хотя сама недавно чуть связки не сорвала, ругая брата сенешали.
На мой истеричный хохот до слёз никто внимания не обращает. Оба участника недавнего ора молча таранят друг друга взглядами.
— Что случилось? — тут девушка, якобы вспомнив обо мне (тем самым выйдя из войнушки по перетягиванию каната «кто здесь прав и имеет все основания повышать голос» по уважительной причине), оборачивается и впивается в меня не менее гневным взглядом.
Чуть не отползаю на другую сторону столика, за спину Дагэ. Там безопаснее.
Нужно отвлечь Лайну… перевести стрелки ярости на другого человека.
— Кажется… Делайла нас предала.
На несколько секунд в комнате зависает тишина. И все присутствующие тоже. Девушка удивлённо замирает в процессе осознавания моих слов.
Первым приходит в себя эльф, иронично хмыкает:
— Я подозревал, что она не так проста.
И вот тут меня накрывает новая волна горького смеха, стоит мне вспомнить, как Алая Жрица заводит меня прямо в лапы типа в капюшоне.
— Ты что ей дал?
Внимание сестры света вновь переносится на хозяина дома.
— Просто чай. Каннабис… — пожимает плечами эльф. И коварно улыбается.
— Из этой травы? — девушка тычет пальцем в сторону кустиков с остроконечными листиками. — Ты что, хочешь разума её лишить? С ума сошёл? Думаешь, за это тебя великая магистра с сенешалью по головке погладят?
— Это всего лишь чай, лёгкий. Он не навредит, — сине-голубые глаза принца спокойно встречают взгляд Лайны.
А в чёрных-чёрных беспросветных омутах моей памяти идёт рябь узнавания. Каннабис. Где-то я уже слышала это название. Вот только где?
— Больше попрошу ничего такого ей не давать. Травь этой гадостью своих врагов и покупателей, а эту девушку оставь в покое.
И тут нисходит озарение. Коноплю по-другому называют каннабис. У меня когда мама книгу про нариков писала, изучала всё про наркотики и им сопутствующие вещества и растения. Каннабис употребляют в медицине как психотропное средство.
Ну вот, я же зареклась пить хоть что-то в этом мире кроме воды… Сколько можно? Третий человек угощает, и третий раз какую-то бяку пью. Здесь традиции, что ли, такие? Особенности менталитета? Сначала отравить гостя, а если не сдохнет или с ума не сойдёт, то и проявлять гостеприимство? Причём преследуя корыстные цели.
Лайна сказала что-то про врагов и покупателей? Неужели брат сенешали, эльфийский принц… местный наркобарон? Для обычного дилера у него слишком высокий статус…
— Хорошо, — великодушно обещает Эфрон, наливая новую пиалу. — Больше не буду.
Гиада подходит ближе и опускается рядом на мох, который здесь вместо ковра.