А чёрта с два я тебе скажу!
Ты, как всегда, вежлива!
Настала твоя очередь пострадать.
Спокойствие длилось недолго...
Да, недолго... Позволь, я расскажу, как оно было на самом деле.
Пожалуйста.
Благодарю.
Над Бернхаальским графством нависла новая угроза. Разбойники. Словно из воздуха или из чумного облака появились они и, с неумолимостью лесного пожара, разорили всё Приграничье, дойдя, в конце концов, и до владений Вельма Кальдмейна. Там, где прошли эти две с половиной тысячи душегубов, оставались разорённые горящие сёла. По обеим сторонам от проезжего тракта все ветви деревьев были увешаны, словно спелыми грушами, висельниками всех полов и возрастов. Командира у этой армии не было. Тьма объединила их, наделив коллективным разумом и лишив осознания реальности. Согнала со всего королевства всё отребье, всех преступников до сердец которых смогла дотянуться своими длинными руками. Сами бандиты шли несметными полчищами, набрасываясь и уничтожая всё, что шевелится.
Местные землевладельцы и писали челобитные, и угрожали королю, но тот был так занят делами неспокойной внешней политики, что предложил разбираться ландграфам собственными силами. Против такой армии никто не мог ничего сделать.
Все недоумевали, откуда взялись разбойники, и почему король так легкомысленно отнёсся к возникновению этой напасти. Ответ знал только один человек, ведьма Бернхааля. Проклятая Тьма умудрилась и выполнить Договор, заключённый с Кассандрой Ла Вийе, и сделать по-своему: перестала напрямую вредить графству Кальдмейно, но призвала со всех земель отдельные шайки, направила их против Приграничья, а сама змеёй засела в сердце короля.
Теперь ведьма перестала быть общим врагом и сделалась простой горожанкой, от которой все шарахались, как от прокажённой.
Она частенько по делам Хозяйки выезжала за границы Бернхааля и видела всё своими глазами. Саму Касс встреченные ею отдельные представители Орды не трогали и не причиняли вреда, ведь от неё пахло самой Тьмой. И, если раньше колдунья просто недолюбливала свою Повелительницу, то теперь эта нелюбовь перешла в ненависть. Девушка снова стала лелеять мысль бежать из рабства, хоть это и стоило бы ей жизни. Повелительница чувствовала это, и стала приходить к своей прислужнице чаще: два, а то и три раза за ночь, терзая её тело и душу. Но решение девушка уже приняла. Бежать! Но как? Хозяйка знала, но, естественно, не говорила об этом своей лучшей ведьме.
Девушка стыдилась своего признания в любви Кальдмейну и решила извиниться перед Вельмом за своё поведение. Кассандра стала помогать ему. Она то и дело подкидывала к дверям его замка записки с самыми точными сведениями о том, где находится Орда и чем она занята. То, что она шпионит для своего бернхаальского лорда, Касс держала в строжайшей тайне, хотя и знала, что наказание за предательство было неотвратимо. И как ни старался лорд оттянуть неизбежное, решающей битвы было не избежать ему. Орда подошла к самим воротам Бернхааля.
Воздух был душным и при вдохе втекал в лёгкие тяжело. Покрасневшими от недостатка сна глазами Вельм Кальдмейн посмотрел на небо, полностью затянутое свинцовыми грозовыми тучами, готовыми вот-вот разродиться небывалой грозой. Всё было неспокойно в тот майский день.
Местные жители, входившие в состав ополчения, стояли на крепостной стене в глубоком молчании.
На смотровой площадке, расположенной над главными воротами, булькая и отвратительно воняя, кипели большие котлы с маслом - самое мощное оборонительное оружие против пришлецов, которым располагал мирный Бернхааль. Кальдмейн стоял неподалёку от них, обдаваемый этим смрадом, и выглядывал в бойницу.
У самых стен города расплескалось целое море, блестевшее от лат, словно серебристая рыбья чешуя. Оно шумело, плескалось, но ещё ни разу не накатывалось на крепкие бернхаальские стены, проверяя их на прочность.
Лучники, защищавшие город, напряжённо застыли, пока не натягивая тетивы своих луков и арбалетов, но уже готовые пустить своих послушных вестниц смерти во врагов.
Над вражеским войском блеснула молния, и Кальдмейну показалось, будто море недругов вдруг само стало ею. Оно всколыхнулось и пошло приступом на ворота.
Над головами разбойников показались поднятые лестницы, которые те закидывали на стены и взбирались по ним с ловкостью экзотических животных, называемых обезьянами.
- Скидывайте их! - закричал не своим голосом Вельм горожанам, но те не нуждались в указаниях, прекрасно понимая, что и как следует делать.