Молчала и она, серьёзно разглядывая своего гостя. Ведьма казалась уставшей.
- Откупиться, значит, хочешь? - она уселась за стол, не пригласив гостя. - Зря ты явился сюда, Вельм Кальдмейн, да и деньги впустую потратил. Я ненавижу золото.
- Скажи тогда, что мне надо сделать, чтоб Тьма перестала посредством твоей магии рушить графство?
Кассандра помолчала, думая, и коротко возвестила:
- Женись.
Лорд поднял на ведьму изумлённые голубые глаза:
- На ком?
Она ухмыльнулась:
- На мне. Моему избраннику Тьма ничего не сделает.
- Да ты с ума сошла, женщина! Лорд никогда не женится на ведьме! - улыбнулся Вельм.
В чёрных глазах Ла Вийе заполыхало пламя злости. Она резко встала, опрокинув табурет, на котором сидела. В домике внезапно потемнело, стихли все звуки. Казалось, даже часы перестали тикать, боясь гнева своей хозяйки.
Взор Вельма случайно упал на руки Кассандры: ногти её постепенно превращались в заострённые когти хищника.
- Проваливай отсюда, Вельм Кальдмейн! - прошипела она, и голос её заставил лорда поёжиться. - Ты сам не знаешь, от чего отказываешься!
Задул ураганный ветер и вымел Вельма из дома колдуньи, словно палую листву, не дав ему даже опомниться. Вслед за ним полетел и драгоценный браслет, а входная дверь оглушительно громко хлопнула.
«Какой же его благородие осёл! - думала Касс, нервно расхаживая по полуразрушенной после неконтролируемой вспышки гнева комнате. - Женился бы он на мне, и тогда Тьма разрешила бы оставить Бернхааль в покое! Дурак! Жениться на ведьме - какие мы щепетильные! Нам наша честь и чистота родовой крови дороже жизней людей? Да гори всё оно синим пламенем!»
Ведьма задумчиво остановилась посреди комнаты. Ей вдруг вспомнилась улыбка Кальдмейна: тёплая и открытая. Во время такого серьёзного разговора он умудрился найти что-то забавное!
Наступила ночь и пришла Тьма. Каждую ночь она приходила к спящей своей служанке и давала приказания и распоряжения. В тот раз она явилась в своей женской, менее агрессивной, ипостаси и колдунья внутренне этому обрадовалась, зная, что когда Хозяйка приходила в мужском облике, неприятной близости с ней было не избежать.
Словно приветствуя, она скрутила тело девушки острой болью, заставив свернуться калачиком, будто кошку.
- Ну что, моя дорогая, - нараспев произнесла Тьма и потушила свечу, горевшую у постели Кассандры, - вижу, отказал тебе твой любимый?
- Отказал... - тихо ответила колдунья.
Хозяйка легла рядом, по-свойски пододвинув девушку, и уставилась на неё своими бездонными пустыми глазами.
- Я вот что подумала - подари его мне!
- Никогда! Он мой! Я ведь подарила тебе дюжину тех мужчин! - прохрипела ведьма.
Тьма провела язычком по своим губам и сладострастно потянулась:
- Мало, хочу ещё!
Для Касс фортеля неугомонной Хозяйки были не в новинку. Девушка знала, что Тьма - мать пороков и зла, никогда не бывает в полной мере довольна.
- Может, мы уйдём из этих мест, Хозяйка? - осторожно предложила ведьма, стараясь не смотреть на то, как та выгибается.
Тьма приподнялась, опёршись на локоть:
- Есть предложения? Хотя нет, не хочу. Тут ещё целая куча живых людей осталась...
- Но ведь, если ты изничтожишь всех, здесь будет пустынно, и мы не сможем вернуться в эти края никогда.
Хозяйка вновь легла, задрала ножку и поправила слезший шёлковый чулок.
- Нет, хочу всех!
Кассандра решила воспользоваться последним шансом:
- Предлагаю заключить ещё один Договор.
- Я вся - внимание, - почти равнодушно ответила Тьма, но Кассандра уловила в её голосе нотки азарта: от новых Договоров Тьма никогда не отказывалась.
Боль остро полоснула ладонь, но тут же унялась. На кончике кинжала застыла чернильная капелька крови, которую Тьма тут же слизнула, принимая. Девушка, с трудом сдержалась, чтоб брезгливо не поморщиться.
- Ты знала или догадывалась, что я собиралась прекратить Договор с тобой?
Тьма самодовольно хмыкнула, подтверждая.
- Я предлагаю тебе любого другого человека из этих мест...
Мучительница разочарованно засопев, отвернулась.
-...но это не всё: я убью его для тебя тем способом, какой ты сама выберешь. Взамен прошу не причинять зла посредством моей магии жителям Бернхаальского графства, лорду Вельму Кальдмейну и всем детям, жизни которых ты захочешь.