Плата за их легкомыслие была велика: смерть одного и ссылка другого в его отдалённое графство, находящееся у самого Приграничья.
- Ты бы смог мне посоветовать что-нибудь дельное, друг Райз, - прошептал Вельм и так и уснул в кресле, сжимая в одной руке опустевшую бутылку коньяка, а в другой рюмку.
Кальдмейну снилась Кассандра Ла Вийе и он бранился во сне.
Стараясь побороть в себе симпатию к Вельму Кальдмейну, Касс, сидя за столом и глядя в окно, нарочно вынула из полузабытых воспоминаний то, из-за чего и стала ведьмой пять лет назад.
Тогда она была милой и скромной дочкой аптекаря из Нарнса. Ей было пятнадцать, когда чистую душу молоденькой красавицы впервые посетила любовь. Объектом этого замечательного светлого чувства был новоприбывший в Нарнс молодой мужчина по имени Трен Харпи. Трен был на десять лет старше девушки, и казался ей интересным и загадочным человеком, героем её девичьих грёз, её идеалом мужчины. Отец предупреждал дочь о Трене, но Касс не слушала его и даже ссорилась и ругалась с родителем. Неблагодарная...
Одинокая слеза скатилась по румяной щеке ведьмы.
Харпи, казалось, разделял симпатии девушки и однажды, предложил красавице сбежать из отчего дома и тайно обвенчаться в старой часовне в нескольких десятках километров от Нарнса. Романтично настроенная наивная дурочка тут же дала своё согласие.
Путь был довольно утомителен, и Трен предложил остановиться на отдых в одном сомнительного вида заведении, одиноко стоявшем неподалёку от дороги у самой кромки леса. Пепельноволосую головку Кассандры посетила тогда мысль, что это простой разбойничий вертеп, но она, к сожалению, безоговорочно доверяла своему любимому. Глупая...
Пальцы судорожно скомкали край скатерти, и ваза с цветами упала на пол и со звоном разбилась.
Они вошли в обеденный зал таверны. Было накурено, воняло перегаром и кислым пивом.
В зале сидели одни мужчины. Их вид красноречиво говорил о характере их работы - разбойники...
Испугавшаяся девушка прижалась к Трену, и тот успокоительно сжал похолодевшие пальчики невесты. Усадив Касс за первый попавшийся стол, Харпи подошёл к одному из разбойников, получил из рук того кошель и, не говоря ей ни слова, не прощаясь вышел вон.
Что произошло дальше, рассказывать бессмысленно.
Избитая и истерзанная девушка лежала на холодном и грязном полу в луже собственной крови и умирала. Разбойники же, получив желаемое, не обращали на неё никакого внимания. Веки Кассандры сомкнулись, и её сознание поглотила Тьма.
- Хочешь остаться в живых, девочка? - улыбаясь, произнесла сладким голоском Тьма.
- Я хочу умереть...
Та хмыкнула.
- А чего хочет несчастная, преданная невеста, проданная за золото десятку ублюдков?
Сердце Касс защемило от злости - Тьма умела задавать вопросы правильно.
- Я хочу мести!
- Цена?
- Возьмёшь мою душу.
Мать пороков весело рассмеялась и исчезла. Боль исчезла вместе с ней. Как ни в чём ни бывало, девушка поднялась с пола. Разорванное платье она даже не пыталась поправить и оно так и продолжало висеть на её тонкой талии, держась на одном честном слове.
Раздался унизительный смех разбойников.
- Смотрите-ка, девчонке было мало! Кто же облагодетельствует её?
Кассандра на минуту закрыла глаза. Когда она их открыла, таверна уже полыхала магическим огнём, а нелюди были в ловушке и не могли найти пути к спасению.
Она медленно, с грацией самой Смерти, подходила к каждому и рывком вырывала их чёрные, горячие, ещё бьющиеся сердца. Наслаждалась их страхом, пила его, радовалась их боли.
Через несколько недель новоиспечённая ведьма нашла и Харпи в компании очередной девчонки, смотревшей на него широко распахнутыми глазками и благоговейно внимавшей каждое лживое слово подонка.
Одним движением потенциальная жертва Трена была отброшена в сторону и запуганно наблюдала, как хищная тварь, в которую превратилась Кассандра, вгрызается острыми клыками в горло Харпи.
«Мужчины - все лживые ублюдки, - уговаривала себя ведьма, - стоит повернуться к ним спиной или поверить, твоя спина будет тут же украшена воткнутым в неё по самую рукоятку кинжалом! Касс, убей в себе любовь!»
Так любовь и послушалась её, как же. Сердце начинало учащённо биться от одной мысли о васильковых глазах Вельма.
Спустя пару дней Тьма приняла решение. Драгоценной жертвой должен был стать священник Храма Светлых, Борр Рехъейм. Об этом человеке ходили легенды и его, откровенно говоря, Кассандра боялась сильнее, чем гнева Хозяйки.