Сана забрался в оконную нишу и задумчиво поболтал ногами.
— Слушайте, а ведь тут привидения наверняка водятся! — радостно заявил он.
— Привидения ночью выходят, — откликнулась Атка, не отвлекаясь от книжных полок. — У Кеила с Тиарсе договор, чтобы мёртвые к живым не выходили иначе как на границах…
— Это каких таких границах? — подозрительно спросил Керт.
— Ну, сумерки там… Пороги — полудня и полуночи. На мостах вот, перекрёстках, по городским стенам, возле старых тагалов… Когда ты уже не спишь, но ещё толком не проснулся — тоже. Так что до заката привидения не появятся.
Атка выбрала себе что-то, села на пол прямо возле шкафа, и стала читать. Большой Вайро умение читать читал ненужным и вредным; отца Атка боялась до стука зубовного, но читала всё равно. Птица знала, что учиться ей было не у кого, и что она как-то сама научилась, сличая зазубренные слова Писания со знаками в книге. Птицу это поражало без меры: ну кто в здравом уме будет с таким упоением вглядываться в чёрные знаки на старой бумаге, от которых ни пользы, ни удовольствия? Но самым поразительным в Атке были позы, которые она выбирала для чтения; Птица смотрела на неё с некоторым даже ужасом. В Кейб как-то раз приезжали бродячие артисты, один из которых срывал овации, заворачивая ноги себе за голову. При виде Атки он умер бы от зависти. Атка не пыталась никого впечатлить, не тратила сил на то, чтобы научиться так гнуться, она вообще об этом не думала. Кажется, даже и не замечала. Надо думать, ей было удобно сидеть так вот, с одной коленкой выше затылка, а другой — где-то чуть ли не за спиной. Было бы неудобно, вряд ли бы она стала читать в такой позе…
Остальные тем временем вовсю травили байки; прямо сейчас рассказывал Сана:
— … и шенкеля даёт, а она ж носом в стену стоит, представляешь? У неё прямо на морде всё видно было, что она о таком всаднике думает. Прыгать, мол, говоришь? Ну, она и сиганула — в сторону с места, шагов на шесть, наверное. А там же эта лужа вечно, непросыхающая — брызги во все стороны! Вот она в этой луже стоит, голову задирает и ржёт, зубами вперёд, а франт рядом плавает…
— Шаги! — вскинулся Аст. Все замолчали, но поздно: дверь открылась, являя внимательной публике Найшу кьол Каехо. "Хал!" — тихо сказала Птица у Вена над ухом. Найша удивлённо стала на пороге, придерживаясь за дверную ручку. Оглядела комнату, брезгливо скользнула взглядом по лохматым деревенским недорослям.
— Это ещё что такое? — процедила она. — Кто вас сюда пустил? Кнута захотелось?
Атка ойкнула, с громким стуком закрыла книгу и замерла, кусая губы и низко пригнув голову.
— Это я их позвала! — вскочила Птица.
— Я их пустил! — одновременно вскочил Вен. Они переглянулись. Найша поджала губы.
— Мало, что путаешься со всякой дрянью, — тем же тоном продолжила она, почти не раскрывая рта, — так ещё и в дом теперь водишь? Чтоб им воровать удобней было…
— Мама, не смей! — исподлобья сказал Вен.
— Ты мне ещё указывать будешь? — удивилась Найша. Вен несколько смешался.
— Мы их сюда привели от града спрятаться, — сказала Птица. — А значит, и отвечать в случае чего нам, а не им… — Она чуть помедлила, прежде чем добавить, вежливо улыбаясь: — госпожа кьол Каехо.
Найшу заметно перекосило. Вен сперва хотел Птицу поддержать, но на последних словах неловко переступил. Однако ничего не сказал.
— Если бы ты была моей дочерью… — высокомерно начала Найша.
— …то ты была бы герцогиней ол Кайле, а не госпожой кьол Каехо, — с той же вежливой улыбкой сказала Птица, не обращая внимания на Вена, который уже открыто сверлил её взглядом. Найша вспыхнула, подняла было руку для пощёчины… Девчонка смотрела спокойно и весело — и кьол Каехо не решилась. Вскинула голову, зло и жалко глянула и пошла прочь быстрыми нервными шагами.
— Птица! — вполголоса возмутился Вен, шагая к ней, когда мать закрыла за собой дверь. — Это ты слишком!
— И ничуть…
Продолжить Птица не успела: Астаре взял Атку за руку повыше локтя и пошёл прочь, к дальней маленькой двери, которой они вошли сюда. Остальные потянулись было следом — только Джанш чуть помедлил и обернулся растеряно, прежде чем идти. Вен и Птица кинулись вдогонку.
— Аст! — окликнул Вен, хватая за плечо.
Астаре обернулся раздражённо, выпуская Аткину руку.
— Вы чего, ребята? — спросила Птица. — Она не станет возмущаться, побоится. А Хрис… ол Каехо не против будет, точно!